Студент Виктор Северов спешил в университет, а попал в автомобильную катастрофу. Досадно умирать так глупо! Другое дело погибнуть героем, в дыму сражения… И Северову выпал еще один шанс. Он очнулся в незнакомом мире. Вокруг него гремели взрывы, проносились боевые ракеты, сгорали подбитые военные вертолеты.
Авторы: Сергей Ким
к ней руки.
Юки действительно невероятно похожа на Рин, точнее, Рин — на Юки. Те же черты лица, те же глаза, только не красные, а темно-карие… Даже стрижки у них были почти что одинаковые, только у мамы волосы были не пепельного, а темно-русого цвета.
— Юки, сегодня такой важный эксперимент, тебе нельзя отвлекаться… — неуверенно протянул Могами.
— Вот поэтому я его и взяла с собой, — улыбнулась мать Синтаро. — Я хочу показать ему, каким может быть замечательным наше будущее, когда наша работа принесет безопасность для всего человечества.
— Ладно, Юки, — вновь заговорила неизвестная мне женщина. — Давай начинать.
— Хорошо, профессор Аякс.
Тоже Аякс. Но уж явно не Рэйчел — скорее всего это ее мать, Натали.
— Начать первую стадию синхронизации…
— Подключение к основному источнику питания…
— Подать напряжение на все цепи…
— Отмена! Наблюдаю нестабильность сигнала!
— Невозможно отменить! Контакт уже начался!
— CL меняет полярность!!! Немедленно отключите энергию!!! Иначе…
Из динамиков по ушам ударил крик, полный нечеловеческой боли и ужаса.
— Юки!!! — отчаянный крик отца.
Широко открытыми глазами я смотрел на экран и видел, видел, как… Проклятье, у меня даже язык не поворачивается описать ЭТО…
Смотреть, как живой человек прямо на глазах распадается на части, как… как… как, я не знаю что! Не могу! Хватит!!! Кто-нибудь остановите это! Спасите же ее!!!
Я тоже закричал, дико и безумно — от страха и от… боли…
CL становилась все более и более насыщенного цвета, из растворяющейся в ней крови. Крик Юки постепенно затухал…
Да что же сидите! Помогите же ей!!! Ну, пожалуйста… Хоть кто-нибудь… Хоть кто-нибудь… Мама… Как же так… Нельзя… Почему?…
Что-то кричат Натали и Могами, в голос от бессилья воет отец…
Хватит.
…Я открываю глаза. Нечеловечески болит голова — хочется пустить себе пулю в висок, чтобы только бы избавиться от нее.
Вновь вокруг меня не командный центр, а моя комната, и мне уже не четыре года…
Вот только в глазах у меня все еще стоят слезы. Мои, не мои — неважно…
Словно сомнамбула, я встал со стула и подошел к куче так до сих пор и не разобранных вещей. Коробки, коробки… Нет, не эта… И не эта… Вот она.
Открыть, отбросить в сторону пару аккуратно сложенных белых рубашек и достать небольшую фотографию в простой деревянной рамке.
Синтаро на руках у Юки, он еще совсем маленький. Снято где-то в парке, на берегу озера…
Я бережно взял фотографию, встал и подошел к столу. Расчистил место около монитора, отодвинув в сторону военно-морской справочник, и аккуратно поставил фото.
Прости меня, Синтаро. Я ведь даже и не знал, как это больно… Даже и не знаю, как ты жил все это время, с этим воспоминанием…
Я обхватил голову руками.
В тот миг, когда тебе так нужна была помощь, рядом с тобой никого не оказалось — Генро просто струсил и убежал от тебя… Не так уж вы и отличаетесь, в сущности, друг от друга — ты достойный сын своего отца…
Горечь, обида и глухая ненависть…
Винишь его в смерти матери? Не надо, не думай так… Несмотря на то что отец — расчетливый и бессердечный ублюдок, мне кажется, что Юки он по-настоящему любил. И именно поэтому теперь замышляет свой собственный сценарий Второго Катаклизма, чтобы вновь оказаться с ней вместе. Но мама знала на что шла — она была ученым и понимала весь свой риск, но все же решила попытаться синхронизироваться с «Дефендером». Она же ведь на самом деле не умерла — ее душа все еще остается заключенной в Типе-01, и стоило бы лучше направить все усилия на то, чтобы достать ее оттуда, а не устраивать Армагеддон…
Если бы Младший мог, он бы заплакал. Но души не умеют плакать… Или все же умеют?…
Давай, брат, соберись. Победим всех этих уродов — Апостолов и гейстовцев, и я тебе клянусь, мы найдем способ вытащить Юки из «Дефендера». Мы обязательно победим, не можем не победить — больше некому… Знаешь любимые присказки десантуры?
«Никто, кроме нас» — так вот это про тебя и меня. Мы теперь вместе до конца, и, если один потерпит поражение, другой продолжит выполнение задания. Понимаешь? Вот и хорошо…
Синтаро постепенно успокаивается, вновь приходя в норму… Легкий вопрос-интерес…
Что? Какая вторая присказка десанта? Ну, это скорее даже не присказка, а правила или наблюдения…
Правило номер один — десант сражается до подхода подкрепления.
Правило номер два — подкрепление никогда не приходит…
Вот и к нам никто не придет, если только мы сами не пойдем на прорыв.
— Синтаро, Рин пришла! — послышался из прихожей голос Мэнэми.
— Ну, так пускай
