Чужестранка в гареме

она представляет большую ценность, чем мертвая. А теперь дай мне возможность насладиться этим экзотическим заморским подарком.
Ключевым словом оказалось «насладиться». Малик открыл было рот, чтобы возразить, но вовремя спохватился. В конце концов, сам он собирался сегодня же ночью «насладиться» хорошенькой кузиной. Безопасность этой женщины его больше не волновала. Малик кивнул и вышел.
Халид заглянул в огромные зеленые глаза, в которых затаился страх. Его привлекала необычная красота девушки, но он понимал, что, несмотря на великолепную внешность, она должна быть такой же порочной, как и ее нареченный. В любом случае он собирался попользоваться ею. Это будет справедливо, учитывая, что сделал Фужер с его сестрой.
Хедер смотрела в его холодные синие глаза. Никогда еще она не была так беззащитна и так уязвима. Разглядев на его лице неприкрытую ненависть, она задрожала от страха.
Халид заметил ее волнение. Несмотря на то, что у него не было причин любить женщин, а Коран разрешал телесные наказания, он никогда не бил ни одну из них. Он придерживался собственной философии, согласно которой причинять вред слабым и беззащитным существам было недостойно мужчины. Правда, при этом он не гнушался запугивать женщин, когда они нуждались в воспитании. Настоящая сила характера заключалась в умении воспитать раба без применения физической силы, особенно если рабыней была такая утонченная женщина, как эта.
– Жизнь холеной аристократки для вас закончилась, – сказал Халид, взглядом приказывая ей хранить молчание под страхом неведомого, но страшного наказания.
Глаза девушки сузились, гнев поднялся в ней неожиданно, как порыв ветра, уничтожив следы былого страха.
Удивленный вызовом в зеленых глазах, Халид вопросительно изогнул бровь.
– У вас мятежный взгляд, – сказал он. Хедер была изумлена:
– Вы умеете читать мысли?
– Молчать! – взревел Халид. – Вы моя и будете исполнять малейшую мою прихоть. Вы осознаете свое положение?
Хедер избегала его взгляда. Она молчала, вперившись взглядом в стену шатра за его спиной.
– Смотрите на меня, когда я говорю с вами, – приказал Халид, схватив девушку за подбородок и заставив ее посмотреть себе в глаза. Синий и изумрудный взгляды скрестились в молчаливом поединке.
Хедер не могла смотреть на него без волнения. Опустив глаза, она проговорила:
– Я понимаю ваши слова.
– Будете беспрекословно подчиняться мне, будете здоровы, – сказал Халид.
Хедер вскинула голову.
– Вы собираетесь убить меня? – спросила она. – Или еще хуже?
– Правило первое: раб никогда не задает вопросов своему господину, – проговорил Халид. – Ясно?
– Предельно. – Выражение лица девушки красноречиво свидетельствовало о том, что она поняла, но не приняла его слова.
– Вы не так глупы, как кажетесь, – поддразнил он, а когда она открыла рот, чтобы ответить, добавил: – Правило второе: раб говорит только тогда, когда к нему обращаются. Ясно?
Никто никогда не разговаривал с ней в таком тоне. Хедер не могла найти нужных слов.
– Ну?
– Мне все ясно.
Халид похлопал ее по руке.
– Это мне нравится.
Хедер поспешно вытерла руку об одеяло, что не ускользнуло от Халида. Будь она мужчиной, Халид восхитился бы ее смелостью, а затем убил бы. Но его опыт не распространялся на своенравных женщин, как бы ни хотелось ему использовать силу против слабого существа.
– Меня зовут принц Халид, что означает Меч Аллаха, – с суровым видом проговорил он. – Но вы будете называть меня «повелитель» или «хозяин».
Хедер смолчала, хотя ее глаза выдавали целую бурю эмоций.
– А как вас зовут? – спросил Халид.
– Хедер Элизабет Деверо.
– Громкое имя для столь хрупкой женщины. Что оно означает?
– Хедер? Вы разве не знаете, это название дикого цветка

.
– Вам идет это имя, – заметил Халид. – А вторая часть что значит?
– Деверо – моя фамилия, а Элизабет – дань моей кузине, английской королеве, – заявила Хедер в надежде на то, что имя королевы обеспечит ей мгновенное освобождение.
На Халида это, кажется, не произвело впечатления.
– Но близкие люди называют вас Хедер, то есть вереск? -Да.
– Я это изменю.
– Что измените?
– Ваше имя, – сказал Халид. – Мне неудобно произносить это слово. Кроме того, ваша новая жизнь потребует нового имени.
– Мне нравится мое имя, – возразила Хедер. – Я не смогу отзываться ни на какое другое.
Халид пожал плечами:
– Видимо, вы настолько бестолковы, что не запомните его.
– Бестолкова?!
– Молчать.
– Я хочу домой, – сказала Хедер, проигнорировав приказ.
– Ваш дом там,