Чужестранка в гареме

руку, он потрогал мягкий холмик через шелковую ткань сорочки.
Хедер инстинктивно отбросила его руку.
– Правило третье: рабы не бьют своих хозяев, – сказал Халид.
– Люди не владеют другими людьми! – воскликнула Хедер.
– Кто сказал тебе такую чепуху? Я бы вырезал язык этому человеку. – И снова Халид потянулся к ее груди.
– Нет! – Хедер ударила по бесцеремонной руке.
Ее дерзость переполнила чашу терпения. Халида. Он сгреб девушку в охапку, оторвал ее от земли и прижал к себе. Его губы обрушились на губы Хедер в жестком карающем поцелуе.
Ощущение мужского тела, прижатого к ее животу, наполнило Хедер ужасом. Она как безумная начала отбрыкиваться и выворачиваться.
Халид резко отпустил ее и швырнул на ковер. Никогда еще он не применял физическую силу к женщинам и не собирался делать этого сейчас, как бы велик ни был соблазн.
Мужчина и женщина смотрели друг на друга в течение долгих секунд. В изумрудных глазах явственно читались страх и отвращение. На лице мужчины отразилось презрение. Она была нареченной Хорька, а не подарком Аллаха.
– Да я лучше буду спать с прокаженной, – сказал Халид и прошел мимо девушки к выходу. Перед дверью он остановился и сказал: – Тебе нечего волноваться за свою сомнительную добродетель. Иди спать.
Хедер потрясенно смотрела ему вслед. Надо было немедленно бежать отсюда; он мог в любой момент передумать и изнасиловать ее. Она не собиралась быть ничьей любовницей, а уж тем более рабыней. Лучше умереть.
– Проклятие! – тихонько выругалась Хедер. Куда бежать без одежды? Конечно, она спокойно могла бы присвоить одежду принца, но разыскать Эйприл посреди ночи ей не удастся. Мысль о том, что придется ждать до утра, очень ее огорчила. Сдернув покрывало с кровати, она обернула его вокруг себя.
От страха и напряжения у девушки пересохло во рту. Оглядевшись, она заметила на столе фляжку, поднесла ее к губам и сделала большой глоток. Вино! Единственный напиток, который она терпеть не могла! Зажав нос, Хедер сделала еще один глоток и, поморщившись, проглотила. Во всяком случае, жажда слегка отступила.
Выйдя из шатра, Халид остановился поговорить со своим первым воином, Абдулом.
– Поставь охрану вокруг шатра, чтобы никто не входил и не выходил, – приказал он.
Абдул, мужчина старше его, кивнул и с пониманием улыбнулся:
– Я жизнь отдам за то, чтобы обеспечить безопасность юной варварке, пока вы набираетесь сил для очередной схватки. Неплохо бы ее побить.
Халид не усмотрел в словах подданного ничего смешного. Бросив уничтожающий взгляд на Абдула, он отошел.
Ритмичный гул разбивающихся о берег волн и свежий соленый морской запах привлекли Халида на берег. По бархатному небосклону цвета индиго в окружении сотен ярких звезд катилась похожая на мандарин луна. Спокойствие, которое никак не мог обрести принц, царило в природе.
Халид задумался о том, как лучше обуздать пленницу, не причинив ей боли. Устрашающая репутация Султанова Пса заставляла других подчиняться его приказам, но эта девчонка ничего не знала о его прошлом, не знала, что в свое время он предал смерти сотни невинных людей.
«Неужели я снова вернулся к этому? – спрашивал себя Халид. – Неужели я никогда не обрету душевное спокойствие?»
Будучи всегда вторым после своего старшего брата, Халид был готов на все ради сомнительной похвалы матери. Молодой военачальник на службе у своего деда, он приказывал воинам, не зная милосердия, уничтожать мятежные деревни, которые отказывались повиноваться воле Аллаха.
Как теперь он жалел о тех своих словах, жалел, что не понимал их истинного смысла! Безжалостной расправой над женщинами и детьми он заслужил прозвище Султанов Пес. Вспоминая этот ад, Халид поклялся никогда не поднимать руку на женщин и детей.
Правда, эта клятва не имела никакого смысла. Легенда о Султановом Псе обросла подробностями и распространилась по всей империи.
Одобрение, увиденное им в глазах матери, не стоило принесения в жертву сотни невинных жизней. Да оно и не продлилось долго. Она обвинила его в гибели брата от руки графа де Болье. Она постоянно дразнила его из-за уродливого шрама, который он получил, когда погиб брат.
Халид решительно взял себя в руки и сосредоточился на текущих проблемах. Как же ему приструнить наивную пленницу? Она даже не знала, что надо опускать глаза в присутствии мужчин. Более того, она бесстрашно смотрела ему прямо в глаза, словно была ему ровней.
Эта красивая и смелая Хедер взволновала его. Он никогда еще не встречал такой женщины. Ни один мужчина не имел смелости спорить с ним, а уж тем более угрожать ему его же собственными кинжалом и саблей. Несмотря на то что его Дикий Цветок пасовала перед силой и мощью,