Чужестранка в гареме

голос хозяина, несчастный слуга, с которым девушка так нехорошо обошлась, принес чашу теплой воды и поставил на стол перед ней.
– Заканчивай, – приказал Халид.
Несмотря на то, что Хедер уже кусок в горло не лез, она предпочла не спорить. Тем более что это чудовище продолжало держать наготове нож. Она поднесла чашу к губам.
– Нет!
Хедер потрясенно воззрилась на него.
– Этой водой моют руки, моя маленькая варварка. Хедер покраснела. Мысль о том, что ее приняли за невежду, была невыносима.
– Еще одна такая выходка, – предупредил Халид, – и я хорошенько побью тебя. Ясно?
Хедер кивнула.
– Будешь говорить, когда к тебе обратятся, рабыня! – рявкнул принц.
Раздраженная его высокомерием, Хедер с наигранным подобострастием опустилась перед ним на колени. Наклонив голову так, что она почти коснулась носков его сапог, девушка саркастически произнесла:
– Слушаюсь и повинуюсь, мой господин. Твое желание – закон.
Халид снисходительно потрепал ее по голове:
– Так-то лучше, рабыня. Ты учишься. Это мне нравится. – С этими словами Халид встал и вышел из шатра.
Глядя в его удаляющуюся спину, Хедер жалела лишь о том, что не хватало смелости швырнуть в него что-нибудь. Вместо этого она бросилась на другой конец, опустилась на колени и выглянула наружу. Сапоги! Сотни пар сапог!
Выругавшись себе под нос, Хедер поднялась и уселась на кровать. Видимо, этот невыносимый мерзавец усвоил урок и всех незанятых воинов поставил на охрану у ее шатра.
При мысли о том, что вся армия могущественного принца охраняет одну-единственную крошечную женщину, Хедер невольно улыбнулась. Откинувшись на кровать, она решила подождать, что будет дальше.

Плывущий по шатру божественный аромат еды защекотал ноздри Хедер. Девушка проснулась и открыла глаза. Не догадываясь о том, что пленница больше не спит, принц сидел на подушках возле стола и ужинал.
Хедер зевнула и потянулась. В животе у нее громко заурчало. Неудивительно, она завтракала уже очень давно.
Халид встретился с ней взглядом. Неожиданно смутившись, девушка отвела глаза. Осознав, что он наблюдал за ней спящей, она почувствовала себя уязвимой.
Подавив в себе это неприятное чувство, Хедер встала и подошла к столу. Ей очень хотелось есть. Их вечная борьба может и подождать. Хедер хотела уже сесть напротив принца, но он предупредил ее движение.
– Стой где стоишь, – сказал Халид.
– Зачем?
Пронзительный синий взгляд не отрывался от ее лица.
– Ты будешь стоять, потому что я так хочу.
Хедер повиновалась. Не обращая на нее внимания, Халид продолжал есть.
От вида и запаха пищи, которую поглощал принц, в желудке у Хедер снова заурчало. Халид перестал жевать и, приподняв бровь, воззрился на девушку.
– Я хочу есть, – заявила Хедер и плюхнулась на подушки напротив него. Свое смущение девушка скрыла за насмешливой улыбкой.
– Твое наслаждение подождет. Первым удовольствие должен получить я. – Халид посмотрел на девушку долгим взглядом. И кто ее воспитывал? Почему она такая непокорная? Неужели она думает, что сможет управлять им с помощью улыбки? Это ее заблуждение. Она вообще отдает себе отчет в том, что значит быть рабыней? Видимо, нет. Ничего, с завтрашнего утра начнется ее обучение.
Ближайшее к Хедер блюдо было наполнено фигами. Девушка попыталась незаметно стащить одну, но принц заметил и легонько шлепнул ее по руке.
– Мужчины не едят за одним столом с женщинами, – заявил Халид, – а рабы не сидят за одним столом со своими хозяевами.
– Мужчины не разделяют трапезу с женщинами? – удивилась Хедер.
Хат ид кивнул.
– Что за варварский обычай?
– Это утонченный обычай цивилизованной страны, – возразил Халид. – Это ты варварка, а не я.
Хедер смолчала, боясь, как бы вовсе не остаться без еды.
Удовлетворившись ее видимой покорностью, Халид снова принялся за еду. Тишину нарушило громкое урчание живота девушки.
Халид взял со стола крохотный серебряный колокольчик и вызвал слугу. Почти в ту же секунду несчастный слуга, которому сегодня уже досталось от Хедер, принес чашу с теплой водой и полотенце. Пока Халид мыл руки, раб убирал со стола. Он унес пустые тарелки и тут же снова вернулся за водой и полотенцем.
– Принеси еду для рабыни, – проговорил Халид на ломаном английском, обращаясь к слуге, который взирал на него с недоумением.
– Вы говорите по-английски? – удивилась Хедер.
– Я много чему научился в королевской гимназии в Топкапы, – отозвался Халид, перейдя на французский. Взглянув на слугу, он повторил приказ по-турецки. Слуга кивнул и вышел. – Откуда ты так хорошо знаешь французский