Чужестранка в гареме

– угрожающе произнес Халид. – И настанет гораздо скорее, чем вы думаете.
С этими словами он вышел из шатра. Хедер оставалось лишь гадать, что могли значить его слова.

Ранним утром на берегу моря царило полное спокойствие. Поднимающееся солнце окрасило восточный горизонт в яркие оранжево-красные цвета. Стоявший на якоре в бухте «Саддам» покачивался на мягких волнах, а в небе над ним большая чайка медленно парила в воздухе подобно проплывающим облакам.
На белом песке стояла всего одна шлюпка. Рядом с ней находились Рашид и еще несколько моряков Малика. В стороне от них беседовали между собой Халид с Маликом.
– Ты приедешь в Стамбул на аукцион? – спросилХалид, протянув другу выстиранные шаровары.
Малик кивнул.
– Дай знать, если я понадоблюсь тебе раньше.
– Мой господин, – перебил его Абдул, – люди готовы.
– Отлично. Увидимся дома через несколько дней, – сказал Халид, обращаясь к слуге. – Если мне будет нужна твоя помощь, я пошлю весточку с одним из голубей Миримы.
Абдул кивнул и поклонился. Развернувшись на каблуках, он направился к тому месту, где ждали люди принца.
– У тебя есть хоть какие-то соображения по поводу того, кто мог желать смерти Мурада? – спросил Малик.
Пожав плечами, Халид проговорил:
– Я не могу подозревать никого конкретно.
В нескольких ярдах от мужчин прощались Хедер с Эйприл. Обе женщины с головы до ног были закутаны в черное. Обняв кузину, Хедер прошептала:
– Я вернусь и спасу тебя.
– Не испытывай терпение принца, – предостерегла ее Эйприл. – Кроме того, он гораздо привлекательнее Хорька.
– Ах, значит, ты признаешь, что Фужер похож на хорька? – воскликнула Хедер.
Эйприл виновато улыбнулась и пожала плечами.
– Если мы вернемся в Англию, королева снова отошлет тебя, чтобы выдать замуж за кого-нибудь другого, – сказала она. – И быть может, он будет еще хуже хорька.
– Об этом можешь не волноваться, – уверенно проговорила Хедер. – У меня есть план.
– Какой?
– С мужчинами я покончила, – заявила Хедер. – Я собираюсь уйти во французский монастырь и посвятить свою жизнь Богу.
– Ты – в монастырь? – расхохоталась Эйприл.
– И что в этом такого смешного?
– Давай не будем спорить, – примирительно проговорила Эйприл. – Может пройти много времени, прежде чем мы снова увидим друг друга.
Хедер кивнула.
– Я буду по тебе скучать.
– Лорд Малик сказал, что в Стамбуле у него есть дом, и он отвезет меня туда, чтобы мы могли увидеться, – поведала Эйприл.
– А как же другие его женщины?
– Думаешь, они тоже захотят тебя навестить? – удивилась Эйприл, неверно истолковав слова кузины.
– Сомневаюсь, – ответила Хедер, подавив смешок, и шепотом добавила: – Пришли весточку, когда приедешь, и мы тогда сбежим вместе.
Внезапно мужская рука схватила Хедер за плечо и резко развернула. За спиной у нее стояли Халид с Маликом.
– Ты никогда от меня не сбежишь! – прорычал принц. Хедер открыла рот, чтобы ответить.
– Если ты будешь спорить со мной на людях, я вынужден буду публично наказать тебя, – угрожающим тоном проговорил Халид.
Закрыв рот, Хедер обернулась к Эйприл. Бросившись в объятия кузине, та воскликнула:
– Почему я всегда теряю любимых людей?
– Это не навсегда, – успокаивала ее Хедер, поглаживая по спине. – Мы будем навещать друг друга.
Наконец Халид оторвал Хедер от Эйприл и повел к лодке. Усадив девушку, он сел сам. Рашид и остальные моряки столкнули лодку на воду, запрыгнули в нее, заняли свои места на веслах и начали грести.
Устремив взгляд на берег, Хедер подняла руку и помахала Эйприл.
– Всегда трудно говорить «прощай» любимому человеку, – проговорил Халид ей на ухо.
Хедер промолчала. Но, искоса посмотрев на принца, она невольно задалась вопросом, почему у него в голосе прозвучала такая печаль.
Когда лодка пристала к «Саддаму», Халид перекинул Хедер через плечо и начал взбираться по веревочной лестнице, чем несказанно насмешил моряков. Хедер не шевелилась. Оказавшись на палубе, принц поставил девушку на ноги, но не отпустил.
– Тебе плохо? – осведомился он, обеспокоенный ее бледностью.
– Нет! – Покачав головой, Хедер устремила взгляд на берег. Кузины не было видно.
– Боишься?
Хедер взглянула на него:
– Я… я никогда не оказывалась одна и так далеко от дома.
– Тебе нечего бояться, – сказал Халид. – Ты же путешествуешь со мной.
– Спасибо, – лукаво улыбнулась Хедер. – Мне стало гораздо лучше.
Губы Халида изогнулись, словно он хотел улыбнуться, но передумал. Его слова в самом деле прозвучали смешно: в конце концов, он был злодеем, насильно удерживавшим