Чужестранка в гареме

еду и выполнять их мелкие поручения легла на плечи Рашида. Огромные размеры великана, не говоря уже о висевшем у него на поясе кинжале, подстегнули воображение девушек.
– Посмотри, – окликнула кузину стоявшая возле иллюминатора Хедер.
Отложив вышивание, девушка подошла к окну и выглянула наружу.
– Земля.
На горизонте виднелись зеленые холмы за белой полоской пляжа. Вершины были сплошь усыпаны чем-то удивительно похожим на солдатские палатки, а за ними виднелась огромная вилла.
– Где мы? – спросила Эйприл.
– Понятия не имею. – Вознамерившись прояснить ситуацию, Хедер пересекла каюту и попыталась открыть дверь. Она была закрыта. – Уверена, скоро мы об этом узнаем, – сказала она и снова села на кровать.
– Может, нам лучше ни о чем не знать, – сказала Эйприл, возвращаясь к своему шитью.
Подошел и миновал час обеда, а Рашид с едой так и не появился. До Хедер с Эйприл донесся шум, который производили пираты, сгружавшие на берег награбленное добро. К середине дня девушки были уже сами не свои от страха. Неожиданно дверь открылась, и они нервно переглянулись.
Вошел Малик с подносом и широко улыбнулся. Его появление в такое время дня вызвало у девушек подозрения.
– Вы хотите уморить нас голодом? – спросила Хедер.
– Конечно, нет, – сказал Малик и указал на поднос, на котором стояли два хрустальных кубка. В одном содержалась розовая жидкость, а во втором – почти бесцветная. – Я принес вам прохладительные напитки. Это называется шербет и готовится на основе фруктового сока. Розовый приготовлен из розовых лепестков, а второй – из лимона.
Малик подал розовый шербет Эйприл, а светлый – Хедер.
– Попейте, – сказал он. – Кушать будете, когда приедем ко мне домой.
– Горько, – заметила Хедер, но сделала еще один глоток. Господи, до чего же она проголодалась!
– А мой нет, – сказала Эйприл.
– Вы никогда не пробовали лимонов? – поинтересовался Малик, глядя в окно. – Они имеют горьковатый привкус.
Хедер поставила пустой кубок на стол и подошла к Малику.
– Что с нами теперь будет? – спросила она.
– Вилла принадлежит мне, – сказал Малик, – а палатки Халиду. Иногда ему нравится жить на манер предков.
– В таком случае почему бы ему не жить в пещере?
Взглянув на нее, Малик проговорил:
– Такого человека, как Халид, вы еще никогда не встречали.
– А какое отношение имеет этот Халид к нам с Эйприл? – спросила Хедер, громко зевнула и потянулась, чувствуя облегчение.
– К Эйприл никакого, – отозвался пират, заметив ее движение, – а к вам самое прямое.
Взгляд девушки неожиданно затуманился, и ей вдруг стало все равно. Удивительное ощущение спокойствия снизошло на нее, лишив желания спорить.
– Как это? – спросила она и вернулась на кровать.
– Я подарю вас Халиду, – небрежно проговорил Малик. – Эйприл останется со мной.
– О! – Засыпая на ходу и не в силах возмущаться, Хедер упала на кровать.
– Вы не можете разлучить нас! – воскликнула Эйприл. – Как же мы… – Она осеклась. – Хедер, они хотят нас разлучить.
Когда Хедер лишь пожала плечами в ответ, девушка поняла, что здесь что-то не так. Подбежав к кровати, она упала на колени и потрясла кузину за плечи.
– Ты что, не слышала? – прокричала она. – Он собирается разлучить нас.
– Успокойся. – Хедер потрепала кузину по плечу. – Я не глухая.
– Что вы с ней сделали? – спросила Эйприл, обращаясь к пирату.
– Полегче, птичка, – улыбнулся Малик. – Я просто дал вашей кузине кое-что, чтобы облегчить ей дорогу.
– Вот видишь, – пробормотала Хедер, а потом закрыла глаза и заснула.
Эйприл повернулась к пирату и открыла было рот, чтобы возмутиться.
– Молчать, – приказал пират, бесцеремонно оборвав ее. – Я проявляю великодушие по отношению к вашей кузине. Ей легче будет перенести тяготы пути во сне. Будьте благодарны.
С этими словами он вышел из каюты и закрыл за собой дверь.

Последний луч солнца исчез за линией горизонта на западе, окрасив предвечернее небо в мягкий лавандовый цвет. Меч Аллаха, ожидавший прибытия гостя, вышел из шатра, заменявшего ему дворец, чтобы насладиться мгновениями одиночества и полюбоваться безмолвной красотой сумерек.
Халид-бек, имперский оттоманский принц, являл собой великолепный образец воина. Ростом шесть футов и два дюйма, Халид имел широкие плечи и узкие бедра. Густая грива черных как смоль волос свободно спадала на плечи; волнующие небесно-синие глаза, доставшиеся ему в наследство от прабабушки, сверкали на гладко выбритом загорелом лице. Безупречные черты лица портил лишь кривой шрам, протянувшийся по правой щеке от виска до уголка чувственных губ, из-за которого