Чужестранка в гареме

– упрямо повторила Хедер.
Пробормотав себе под нос что-то насчет женской глупости, Халид встал и сходил за сумкой. Присев на край кровати, он протянул ее жене.
Хедер раскрыла сумку, заглянула внутрь и вытащила оттуда нечто, завернутое в ткань. Затем она протянула эту вещь мужу:
– Открой.
В свертке обнаружился кулон в виде грифона на золотой цепочке. Держа украшение на раскрытой ладони, принц внимательно рассмотрел сапфиры, бриллианты, изумруды и рубины. Да, все женщины похожи в одном – они обожают драгоценности.
– Этот грифон очень красивый, но для такой хрупкой женщины, как ты, слишком тяжелый, – сказал Халид.
– Я купила его для тебя.
Эти мягкие слова застали принца врасплох. Он никогда в жизни не получал подарков от женщины, даже от собственной матери, и сейчас он был потрясен до глубины души. Наконец по его лицу расплылась довольная улыбка, и он стал похож на маленького мальчика в Рождество.
– Я… я не знаю, что сказать, – проговорил Халид, надев на себя кулон. Золотой грифон идеально подошел к его загорелой коже и белоснежной рубашке.
– Просто скажи спасибо, – посоветовала Хедер. Подавшись вперед, Халид прижался губами к ее губам.
А потом проговорил хриплым от охвативших его чувств голосом:
– Я всегда буду носить его у сердца.
– Он напомнил мне о тебе.
– Я выгляжу точно так же? – в притворном ужасе воскликнул Халид.
Хедер рассмеялась:
– Нет, просто вы с грифоном два таинственных мифологических существа.
– Раз уж ты потратила на меня все свои деньги, я так понимаю, ты будешь просить еще, – сказал принц.
Хедер отрицательно покачала головой:
– Я потратила не все, у меня осталось еще два золотых про запас.
– Зачем они тебе?
– Мне нравится иметь деньги.
Халид улыбнулся. Сняв сапоги, он лег рядом с женой и притянул ее к себе. Наклонив голову, он нежно поцеловал ее, но она все испортила, широко зевнув.
– Зевать, когда муж целует тебя, это оскорбительно, – поддразнил он ее.
– Ты сам заставил меня выпить шербет, – напомнила ему Хедер.
– Где была моя голова?!
– Мудрые мужья слушаются своих жен. Халид чмокнул ее в кончик носа:
– Расслабься, я буду охранять твой сон.
Свернувшись калачиком в объятиях мужа, Хедер прижалась головой к его груди и взглянула на него своими обезоруживающими зелеными глазами. Быть может, она сумеет вызвать сострадание принца и добьется того, чего так страстно желает?
– У меня болит рука, – прошептала Хедер.
– Закрывай глаза и засыпай, – сказал Халид. – Утром тебе станет лучше.
Закрыв глаза, Хедер вздохнула.
– Кстати, о священнике, – сказала она.
– Забудь о священнике.
– Но у меня болит рука.
– Какое отношение священник имеет к твоей руке?
– Если ты повторишь свои обеты перед священником, рука у меня пройдет.
Губы Халида изогнулись в невольной улыбке.
– Спи, – приказал он.
Хедер расслабилась в его руках. Как приятно чувствовать себя защищенной! Особенно в этой удивительной стране со странными обычаями и странными людьми.

– Не говори, пока с тобой не заговорят, – поучал жену Халид.
– В присутствии мужчин смотри в пол, – строго проговорила Мирима.
– А дышать мне можно? – раздраженно спросила Хедер.
– Держи себя в руках, – приказал Халид.
– Следи за своими манерами, – добавила Мирима. – Проявляй уважение ко всем людям и не смей называть женщин «джадис».
Стоя между матерью и сыном, Хедер чувствовала себя как непослушный ребенок, который вот-вот расплачется. Эти двое пичкали ее правилами поведения на все случаи жизни. Но если она проявит гнев, Халид не позволит ей ехать вместе со всеми в Топкапы, а от сидения в четырех стенах в доме Миримы Хедер уже тошнило. Вместо того чтобы высказать этим мучителям все, что она о них думает, Хедер нервно потеребила больную руку.
– Не тереби повязку, – приказал Халид, легонько ударив ее по здоровой руке.
– Но она чешется, – возразила Хедер.
– Теребить повязку непристойно, – сказал Халид.
– Непристойно? – не выдержала Хедер. – Меня тошнит от этого слова.
– Не говори со мной в таком тоне, иначе ты горько пожалеешь об этом, – предупредил Халид.
– И что ты сделаешь? Замучаешь меня до смерти? Наблюдавшая за этой сценой Тинна рассмеялась. Мирима недовольно покачала головой. Она боялась, что ее невестка своим неприглядным поведением опозорит их всех перед султаном и его женами.
– Ты хочешь пойти с нами? – спросил у жены Халид.
– Да.
– Веди себя прилично, иначе ты останешься здесь. – Халид повернулся к Омару, который держал наготове фераджу.
Хедер высунула язык