Чужестранка в гареме

Хедер. – Я буду управлять левой.
Нур-у-Бану взглянула на Мириму, которая кивнула в знак согласия.
– Пусть Хедер попробует, – приказала бас-кадина султана.
Хедер сбросила накидку, натянула на себя меховое пальто и водрузила на голову арбуз.
– Уверена, этот глупый осел тебя не сбросит, – сказала Шаша, подрисовывая Хедер брови и усы.
Один из евнухов усадил молодую женщину на осла. Хедер ухватилась за хвост животного левой рукой, а в правой сжала четки. Кто-то толкнул осла, и он рванулся с места. Хедер сильно качало из стороны в сторону, она громко хохотала, но все-таки держалась в седле.
Осел свернул на одну из тропинок. Не успел евнух направить бедное животное в нужном направлении, как кто-то схватил его под уздцы и резко остановил. Хедер повалилась вперед, но чьи-то сильные руки удержали ее за талию и поставили на ноги.
– Хедер, – произнес знакомый раздраженный голос. Сильные руки развернули ее, и Хедер увидела Халида с Myрадом.
– Что, черт возьми, ты делаешь?
Наблюдавшие за происходящим молодые женщины попрятались, заслышав рев Султанова Пса.
– Пытаюсь сбежать, – смело отозвалась Хедер. – Как ты думаешь, мне далеко удастся уйти в таком наряде?
У Халида снова задергалась щека. Мурад рассмеялся вместо кузена.
Женщины в ужасе взирали на Хедер. Никогда еще ни одна из них не осмеливалась разговаривать с мужчиной в столь неуважительном тоне. Тем более с Султановым Псом.
Халид издал нечто похожее на звериный рык.
– Прости за грубость, – извинилась Хедер, отступив на шаг. – Твоя мать разрешила мне принять участие в игре.
Халид устремил на мать самый что ни на есть устрашающий взгляд:
– Как ты могла позволить ей такое?
– «Стамбульские джентльмены» – безопасная игра, – отозвалась Мирима.
– Безопасная? Вдруг она носит под сердцем моего ребенка и свалится-с осла?
– Об этом я не подумала, – призналась Мирима.
– Я ношу под сердцем твоего ребенка? – эхом отозвалась Хедер. Мысль о том, чтобы стать матерью чьего-то ребенка, поразила девушку как гром среди ясного неба.
– Любая из этих красавиц может носить в себе семя моего отца, – сказал Мурад, – но он не отказывает им в маленьких удовольствиях.
– При всем уважении, ни одна из этих женщин не приходится женой мне, – заметил Халид. – Кроме того, у султана и так уже есть два сына.
Мурад кивнул.
– Когда к нам будет приезжать жена принца Халида, играйте во что-нибудь другое, – приказал он женщинам.
– Как насчет водных салок? – предложила Шаша.
– Нет, – хором отозвались Халид с Хедер.
– Из-за твоей руки? – спросила Шаша.
– Моя отважная жена боится воды, – сказал Халид. – Она не умеет плавать.
Хедер смущенно покраснела и опустила глаза.
– А может, сыграем в обычные салки? – предложила одна из девушек.
– Или в «море волнуется», – прибавила другая.
– Давайте перед ужином проводим наших гостей в купальни, – сказала Нур-у-Бану.
Без лишних слов все женщины направились в купальни. Хедер пошла вместе с Тинной, Шашей и Сафие. Нур-у-Бану с Миримой замыкали процессию.
– Ваша встреча с султаном уже закончилась? – спросила Нур-у-Бану.
Мурад покачал головой:
– Мы решили дождаться, пока он покинет апартаменты Линдар.
Нур-у-Бану кивнула и обратилась к Халиду:
– Можешь больше не беспокоиться за свой Дикий Цветок. Мы позаботимся о ней.
Затем они с Миримой скрылись в доме.
Купальни в гареме дворца Топкапы превзошли все ожидания Хедер. Все помещение было отделано белым мрамором, украшено высокими узкими колоннами, выложено удивительной работы фаянсом. Сквозь круглое окно в крыше лился солнечный свет. Повсюду были мраморные умывальники с медными кранами.
Во влажном воздухе смешались пар, приглушенные разговоры и тихий смех. Никогда в жизни Хедер не видела столько обнаженных тел сразу. Когда подошедшая служанка захотела снять с нее банный халат, она поплотнее запахнула его на груди и жестом отпустила служанку.
– Снимай, – приказала Мирима, разоблачаясь. – Ты ведешь себя грубо.
– Нет, – решительно отказалась Хедер, повернувшись к Мириме. И ее глаза чуть не вылезли из орбит, когда она увидела, что на свекрови нет одежды.
Нур-у-Бану подавила смешок, а потом спокойно, как ребенку, принялась объяснять:
– Мы тут все одинаковые, мы друзья. И у тебя нет ничего такого, чего бы не было у нас.
Хедер неохотно сняла халат. Оглядев ее с ног до головы, Мирима фыркнула и сказала:
– Сомневаюсь, что ты носишь в себе семя моего сына.
Хедер покраснела, но прежде чем она успела что-то ответить, Тинна с Шашей отвели ее в угол общего зала, где слуги как следует поскребли их. Шаша, которая поддерживала