Военно-исследовательский корабль «Патна» приближается к планете, где обнаружена новая форма внеземных существ – Чужие. Представители американской компании получили задание доставить Чужих на Землю. Противостоять им могут только русские десантники во главе с ксенологом Марией Семцовой.
Авторы: Мартьянов Андрей Леонидович
составляло ровно три часа сорок минут. Бишоп перевел взгляд на таймер – через сорок минут «Патна» выйдет из гиперпространства, но это уже дело корабельного компьютера, вмешательства андроида здесь не требуется. Бишоп поднялся с кресла, вышел в коридор и спустился в гибернационный отсек корабля. В этой экспедиции люди будут выводиться из анабиоза в порядке очереди: сначала отряд русских «волкодавов» – двадцать человек – вместе с командиром, полковником Реттом Гором, и капитан Хоуп. Затем проснутся медики и биологи, а последними из гиперсна выйдут Хиллиард, Пауэлл, Блейк и пара бюрократов из ООН и правительства США, а также робототехники, вспомогательный персонал – и консультант Семцова.
Пройдя между рядами капсул, Бишоп убедился, что все аппараты в порядке и на экранах, установленных на основаниях саркофагов, жизненные показатели каждого человека в норме. Камеры, в которых находились военные, уже начали процесс вывода людей из гиперсна. Бишоп видел, как кривая температуры на миниатюрных дисплеях медленно ползет вверх, атмосферное давление внутри капсул приближается к обычному, учащается пульс и дыхание людей, оживляются линии энцефалограмм. Убедившись, что процесс размораживания проходит без осложнений, Бишоп еще раз оглядел криогенный отсек и вернулся в рубку. Пока он поднимался на лифте наверх, его сенсоры уловили снижение и, на несколько секунд, полное исчезновение гравитации. Значит, корабль перешел на досветовую скорость и «Патна» начинает торможение. В рубке Бишоп бросил взгляд на дисплей, показывающий скорость корабля по отношению к ориентиру: цифры постепенно уменьшались, а в иллюминаторах уже можно было разглядеть оранжевую звезду. На вспомогательных мониторах плыли увеличенные изображения вращавшихся вокруг нее планет. Одна из них носила зловещее имя Ахеронт.
Прозрачные колпаки над последними двенадцатью капсулами плавно поднялись вверх. Семцова услышала, как справа кто-то шумно зевнул и знакомый голос произнес:
– Похоже, приехали. – Это оказался Хиллиард.
Семцова приподнялась на локтях и огляделась. Большинство криогенных капсул уже пустовало, и только в нескольких соседних шевелились еще не проснувшиеся до конца люди. Из стоявшего рядом агрегата вылезал взъерошенный, как мокрый воробей, Хиллиард. Потянувшись и сделав несколько энергичных движений руками, он повернулся в сторону Семцовой.
– Рад видеть вас в добром здравии, уважаемая коллега, – приветливо сказал он и, подойдя к капсуле, протянул руку: – Ну же, выбирайтесь.
– Я уж как-нибудь сама, – буркнула Семцова, садясь. Старая боль дала о себе знать легкой отдачей во всем теле.
– Идемте в душ, думаю, это вас несколько взбодрит. Да и после нескольких недель гиперсна пахнем мы все вовсе не как фиалки. – Хиллиард по-прежнему стоял рядом. Семцова, не обращая на него внимания, разминала затекшие мышцы. Оглядываясь вокруг, она обратила внимание на пожилого человека, озабоченно копавшегося в своем шкафчике с одеждой. Наконец он извлек из кармана пиджака очки с толстыми стеклами и торжественно нацепил их на нос. Перехватив ее заинтересованный взгляд, Хиллиард сообщил:
– Это профессор биологии Блейк – ученый с мировым именем. Вы наверняка слышали о нем.
– Разумеется. Но боюсь, что после того, как вы спуститесь на Ахеронт, о нем больше никто не услышит. – Семцовой совершенно не хотелось поддерживать дальнейший разговор, и она, демонстративно отвернувшись, прошла к душевой. Хиллиард, заметив среди остальных Ричмонда Пауэлла, подошел к нему:
– Как спалось?
– Отвратительно, – скривился Пауэлл. – Особенно сейчас. Такое чувство, что меня полгода хранили в холодильнике. Это мой первый дальний перелет, вы же знаете.
– Видите эту женщину? – Хиллиард кивнул в сторону душевых кабинок, возле одной из которых стояла Семцова.
– Это и есть та самая Мария Семцова? – догадался Пауэлл.
– Да. Совершенно оправилась после инцидента на Фиорине.
– Ну и прекрасно. – Пауэлл сделал несколько приседаний, и его суставы издали неприятный скрип. – Думаю, она во многом нам поможет.
– Что-то я начинаю в этом сомневаться, – проворчал Хиллиард и тоже направился в душ.
Семцова, подставив голову под тугую струю горячей воды, обдумывала план дальнейших действий. Единственным ее союзником оставался только Бишоп. Она рассчитывала на возможную помощь Казакова и его подчиненных (все-таки соотечественники, тоже недолюбливающие американцев!). За долгие дни, проведенные в госпитальном блоке, Семцова точно решила для себя, что сделает все возможное, лишь бы помешать компании «Уэйленд-Ютани» заполучить живого Чужого.
