Военно-исследовательский корабль «Патна» приближается к планете, где обнаружена новая форма внеземных существ – Чужие. Представители американской компании получили задание доставить Чужих на Землю. Противостоять им могут только русские десантники во главе с ксенологом Марией Семцовой.
Авторы: Мартьянов Андрей Леонидович
Пока Казаков и компьютерные техники возились со стенной панелью, бригада биологов установила у темного провала в полу приспособление, напоминающее миниатюрную лебедку с прочным стальным тросом. Вначале к карабину на конце троса пристегнули три контейнера, куда предполагалось поместить яйца существ, и, протиснув их в отверстие, стали опускать вниз. Вскоре счетчик пройденных метров замер на цифре 30. Трос ослаб, подтверждая, что контейнеры достигли дна шахты. Один из техников взялся за второй трос и вопросительно посмотрел на облаченного в скафандр руководителя научной группы Михаила Корпачева.
– Тридцать метров. Вы спускаетесь?
– Да. И сразу же за мной идут Хорчек и Стеклы. – Корпачев кивнул на стоявших рядом коллег из Чехии, облаченных в такие же скафандры. Он опустил лицевую пластину шлема, пристегнул пояс к тросу и подошел к дыре. Техник проверил крепление троса, батареи мощного фонаря и дал контрольный вызов переговорному устройству на шлеме. Корпачев ответил, что слышит его хорошо, и, сев на край отверстия, начал медленно спускаться вниз. Когда он опустился на пару метров в глубь шахты, за ним последовали двое оставшихся биологов.
Упираясь в гладкую стену и придерживаясь за трос, на котором опустили контейнеры, Корпачев медленно полз вниз. Датчик термозащиты скафандра показывал повышение температуры в шахте, но система охлаждения прекрасно справлялась.
Пискнуло переговорное устройство и в наушниках раздался голос техника:
– С вами все в порядке? Хорчек и Стеклы уже начали спуск.
– Пока все в норме, дна не видно, – ответил Корпачев и посветил фонариком вниз. Луч освещал только ровные стены шахты. Оттолкнувшись, он увеличил скорость спуска. Цифры на датчике температуры быстро росли, дойдя уже почти до пятидесяти градусов, а стены колодца начали плавно расширяться. Создавалось впечатление, что он находится внутри конусообразной трубы, сужающейся кверху. Еще раз взглянув вниз, Корпачев заметил в свете фонаря силуэты контейнеров, лежавших посреди шахты, а через несколько секунд стенки колодца разошлись и он повис в пустоте. Спустившись еще на несколько метров, биолог оказался на твердой поверхности. Рядом лежали контейнеры, а вокруг царила непроглядная тьма, разрезаемая только лучом его фонаря. Корпачев связался с техником наверху:
– Я внизу, буду ждать, пока спустятся Хорчек и Стеклы.
– Слышу, Михаил. Будь осторожнее, они уже на подходе.
Корпачев посветил вверх и увидел в темной трубе шахты спускающегося Хорчека. Спустя минуту все трое были уже внизу.
Осветив фонариками помещение, в котором они оказались, биологи были поражены его размерами. Зал оказался намного больше верхнего, и, в отличие от него, здесь все стены были покрыты бесформенными непрозрачными образованиями, на вид мягкими и эластичными. Хорчек подошел к стене и потыкал рукой в перчатке одно из них – поверхность слегка спружинила. Материал был похож на каучук, но только похож. Поднеся фонарик совсем близко к непонятной поверхности, Корпачев открыл контейнер с инструментами, висевший на поясе, вынул титановый нож и попытался сделать срез. Однако лезвие лишь безвредно скользнуло по гладкой поверхности, даже не оставив следа.
– Михаил, посмотри, кажется, вот это нам и нужно! – Стеклы указывал в центр зала. От изумления его восточноевропейский акцент превратил русскую речь в набор малопонятных изломанных фраз. Корпачев и Хорчек, оторвавшись от безнадежных попыток вскрыть хоть одно настенное образование, подошли к нему.
Начиная от середины помещения и далее в глубь зала громоздились сотни яйцевидных предметов. Покрытые чем-то похожим на кожу очень грубой выделки, они имели идеальную овальную форму и около двадцати пяти дюймов в высоту. Корпачев провел лучом фонаря по сторонам, но так и не заметил, где кончается зал. Все видимое пространство было занято яйцами Чужих.
Хорчек обратил внимание на пару ближайших спор, отличающихся от прочих, и присел рядом. Верхняя часть оболочки была раскрыта в виде четырех разошедшихся в стороны лепестков. Внутри было пусто, а споры почти разрушились от времени.
— Похоже, именно отсюда вышла личинка, которая накинулась на того парня с «Ностромо», – заметил Хорчек. – Помните, об этом упоминали американцы?
– Возможно, – отозвался Корпачев и нажал кнопку коммуникатора, вызывая группу техников, оставшихся наверху. В наушниках раздался голос Сергея Казакова:
– Михаил, я только собирался связаться с вами. Нам удалось открыть дверь, ведущую в глубь корабля. А что там у вас?
– То, что и ожидали увидеть. Здесь очень тепло, по нашим датчикам – больше пятидесяти градусов.
