Чужие в доме

на меня, то следует немедленно поднять шум, вызвать полицию, арестовать вас. Если то лицо работало на меня, тоже возможны два варианта. Вариант «два-а»: все, что сейчас происходит, — это провокация Волкова, который что-то пронюхал и решил вести свою игру. Вариант «два-бэ»: вы действительно работали на нашего общего знакомого и в силу каких-то причин теперь готовы сотрудничать с другой организацией.
— «Два-бэ», — терпеливо произнес звеновец. — Только не надо про «другую организацию». Ту же самую. Лишь уровень подчинения более высокий. Раньше я контактировал с исполнителем, теперь буду замыкаться на одно из главных лиц. Возможно, на самое главное.
Хитроу бросил короткий взгляд на собеседника.
— Вы размышляете, сэр, не устроить ли мне автокатастрофу или проблемы с сердцем? — мгновенно среагировал бородач. Он даже улыбнулся. — Это понятно. Вам трудно поверить моим словам.
— Знаете, — очень серьезно произнес Боб. — Всякое бывает. Но есть сведения, которые недоступны простым смертным. Их нельзя получить, никак. Разве что… разве что некая секретная служба выбила показания из тех, кто…
— Нет! — отрезал старший лейтенант. — Есть иные пути, чтобы стать обладателем подобной информации.
— Какие же? — резко спросил политик. Бородач глубоко вздохнул, словно перед тем, как прыгать в омут с холодной водой.
— Ладно, — сказал он. — Играть так играть. Родственные связи, сэр. Я все объясню, но мне придется назвать одно имя. Без этого никак…
— Согласен… — кратко ответил Хитроу, напряженно вглядываясь в лицо собеседника.
— Дэн Райтон, — очень тихо сказал бородач. — Дэн Райтон — мой дядя. Он вам известен? Конечно, вы его знаете. Он ведь правая рука ан… нашего друга. Был правой рукой.
Челюсть Боба отвисла. Несколько секунд он смотрел на собеседника, не в силах произнести ни слова. Потом все-таки совладал с нахлынувшими эмоциями.
— Немыслимо! — прошептал он. — И вы, родственник… на такой должности в…
— Да! — продолжил между тем старший лейтенант. — Сын его старшего брата. У нас разные фамилии. Мои родители погибли, когда я был ребенком. Дядя устроил меня в кадетскую школу, а потом исчез на пару лет. У него и дальше не было возможностей постоянно заниматься мной, но он изредка навещал, привозил подарки, помогал. Других родственников нет и не было. Только потом, много позднее, я узнал, что дядя по другую сторону «баррикад».
— И родственные связи оказались сильнее воспитания, заложенного в кадетском корпусе? — продолжил Хитроу, ничуть не удивляясь. Боб уже убедился на собственном опыте, как причудливы иногда людские дороги.
— Так точно, — кивнул старший лейтенант. — Кроме дяди, у меня никого не было, с самого детства. Я начал работать на него.
— Понятно. Так вот почему Дэн покончил с собой после захвата ядра… — на секунду потеряв контроль, произнес Боб.
— Я тоже так думаю. — Лицо старшего лейтенанта стало мрачным. — Он боялся, что на допросах выбьют правду, это погубит также и меня…
— Какая странная история, — задумчиво пробормотал
Хитроу. — Однако… — Он помолчал. — В жизни всякое бывает…
— Вот именно, — кивнул бородач, отходя от перил и вновь вливаясь в толпу. — Вам необходимо как можно скорее проверить меня, потому что сотрудничество следует начинать немедленно…
— К чему такая спешка? — насторожился Боб, потянувшийся вслед за собеседником.
Бородач немного помедлил, свернул в боковой коридор, где людей было поменьше. Очень тихо, едва слышно, он произнес:
— Как мне представляется, перед вами несколько проблем. Первая — наш друг, который может начать давать показания. Вторая — личные архивы, они были конфискованы спецназом ЗвеНа при захвате ядра группировки. Я, естественно, не бог, но кое-чем постараюсь помочь.
— А именно? — Хитроу весь подобрался.
— Полагаю, что смогу установить координаты центра, в который доставили архивы. Думайте сами, как уничтожить носители информации…, Пока специалистам Надзора не удалось вскрыть коды, данные существуют в одном экземпляре. Командование ЗвеНа очень рассчитывает на специалистов лаборатории.
— Отлично! — улыбнулся Боб. — Я все проверю. Сегодня же. У меня еще вопрос. Если… если буду знать, что это не игра Волкова, что все — чистая правда… Что вы хотите? Деньги? Власть? Зачем вам работать на меня?
— Деньги и месть! — коротко ответил старлей, и его глаза вмиг стали другими, наполнились злобой и ненавистью. — Я потерял наследство дяди. Мне нужны Рам Митревски и Дженифер Рол. С них все началось. Вы отдадите этих людей мне…
— Отдать? — перебил Боб, улыбаясь. Он вспомнил несколько снимков симпатичной черноволосой девушки с выразительными