Секунды тают, как инверсионный след за соплами движков. Истребители расходятся пятью тройками, им даже близко нельзя подходить к полосе отчуждения – разорвет гравитационными вихрями! Но линкорам Солнечной тоже мешает работа «Зигзагов», и сейчас истребители сходятся по каким-то диким немыслимым траекториям, напоминающим меридианные линии глобуса.
Авторы: Градинар Дмитрий Степанович
доверчиво уселась на камень.
Есть трагедии и – Трагедии. Те, что с большой буквы, – лично касающиеся нас. Те, что с маленькой, – кого-то или чего-то другого. Одно из скоплений галактик пересеклось с соседним скоплением. Погибли миллионы миров, неисчислимое множество звезд и планет превратились в блуждающие излучения и пыль. Это – трагедия с маленькой буквы. Быть может, нам никогда и не узнать, что произошло с теми далекими-предалекими галактиками!
Космическая молекула – астероид диаметром в пару тысяч километров – грозит столкнуться с Землей. Несомненно, если бы такое когда-нибудь произошло, то стало бы Величайшей Трагедией. Не для нас. Нас бы не стало… А всем остальным и всему остальному – наплевать. Значит, истинная трагедия – всего лишь негативные события, взаимодействие тел, процессов, явлений, личностей, организмов, касающиеся только их самих. Все, что не вовлечено в такое взаимодействие, не станет участником трагедии и не оценит ее. Масштабы трагедии, если не заниматься интерпретациями, – оценка самими участниками событийного и физического взаимодействия. Причем максимой будет являться смерть, прекращение существования!
Но для живого и разумного имеется и более страшная вещь – ожидание надвигающейся трагедии. И природа просто обязана была дать всему живому механизм защиты от такого ожидания.
Бессмертные, те наверняка справляются благодаря осознанию огромной вероятности их последующей аутоинкарнации – возможности стать собой из самого себя, полученной благодаря достижениям их науки.
Человеку, как и в прежние времена, в большей степени приходится не терять надежды. Иначе мы бы вымерли, едва став разумными и начав понимать, что своды пещер способны обвалиться, вода в ручье, воздух, почва пропитаны и кишат невидимой смертью. Дерево, и оно – готово рухнуть, огонь – сжечь дотла, в воде может утонуть самый лучший пловец. А дикие звери не всегда бывают объектами охоты, зачастую меняясь с охотником местами.
Мир живет надеждой, и это не лирика! Напрасно физиологи не рассматривают такое свойство как одну из важнейших составляющих видового прогресса, подменяя ее чистым инстинктом. Не только для людей…
Есть надежда для мелких рыб, что сегодня хищник насытится другой добычей. Надежда для хищника, что корма хватит. А соперник за обладание территорией окажется слабее. Даже в бабочке-однодневке живет надежда: а вдруг и ей доведется увидеть рассвет дважды?
Это свойство для всех! Мир живет надеждой, а мы – лишь часть этого мира…
Снова появились гравилёты. Теперь их задача упростилась, потому что линкор вынужден был отбиваться от ракетных атак, используя все возможности, в том числе и гравитационное оружие. Два летательных аппарата, которым удалось пройти невредимыми сквозь периметр, контролируемый станциями ПВО десантного транспорта, уже близко! Легли на крыло. Сбросили груз. Выровняли полет. Ушли.
Рядом с транспортом разбух и схлопнулся воздух. Действие вакуумных зарядов таково, что два опорных устройства переломились, будто спички. И без того неуклюжий транспорт осел на левый бок. Еще пара-тройка попаданий, и процедура взлета окажется проблематичной. А если долбануть сверху, прямо по навигационным устройствам, – и вовсе невозможна.
Инженерную станцию пока не трогали. Хотя автоматика и готова выставить над ней гравитационный щит при первой опасности. И при второй бы выставила, при третьей… Но все равно, рано или поздно, закончатся запасы активных квазеров. Тогда – ни защиты, ни возможности взлететь…
Одновременно с гравилётами появились «Трепанги». Они выползали со всех сторон из-за оснований зданий и сразу же начинали обстрел. Теперь операторам «Трепангов» не приходилось тратить время на оценку ситуации и выбор цели. Точно так же, как штурмовики КС получили подробное целеуказание, «Трепанги» заранее, до появления на площади, знали месторасположение совершивших посадку звездолетов и нахождение каждого «Шарка».
Штурмовому танку лазерное оружие не страшно. При сохранении целостности броневых и отражающих покрытий «Шарк» выдерживал несколько серий попаданий боевого лазера. Плазмой его тоже невозможно прошибить. Электромагнитная защита заставляла плазму обтекать вдоль бортов, как магнитное поле Земли преграждает дорогу солнечной плазме. Но, как известно, выигрывая в одном, обязательно проиграешь в чем-то другом…
«Трепанги» использовали гравитационное оружие. Далеко не такой мощности, как у самой слабой гравитационной турели звездолета, но для наземного боя хватало и этого.
Один из «Шарков», потеряв форму, превратился в уродливую скошенную пирамиду. Вскоре и другой
