Чужой

поручили бы этих несчастных вашей сварливой Сидони? Не плачьте, девочки! – Элизабет взяла одну и другую за руки. – Сейчас же пойдем на кухню и попросим Клеманс приготовить нам горячего шоколада… Пока Белина подготовит вам комнату. А потом помолимся за нашего Александра!
Голос девушки дрогнул, произнося имя друга детства, почти брата, почти близнеца, пораженного тяжелым недугом. Какой он был красавец! Что станет с его лицом, если он вообще выживет? Оспины обезобразят его лицо.
Элизабет почувствовала, что не выдержит, и отвернулась, пряча слезы. Артур взял за руку Викторию, Адам подошел к своей подружке Амелии.
– Мы сами справимся, – заверил Элизабет Артур. – Адам и я тоже хотим шоколада! А пока доктор объяснит тебе об отце и месье Ньеле.
Девушка вдруг покраснела. Она так перепугалась за Александра, что совершенно позабыла о Гийоме и Франсуа.
Аннеброн уже сидел в кабриолете, собираясь отправиться назад, и девушке пришлось схватить лошадь под уздцы, чтобы задержать его.
– Где они? Только не говорите, что отец и месье Ньель поехали в Варанвиль.
– Поехали, конечно! – вздохнул доктор. – Я посоветовал твоему отцу вернуться, но он посмотрел на меня железным взглядом и заявил, что не видит причин, по которым не может вручить мадам де Варанвиль букет ее любимых цветов к Новому году. Да и месье Ньель – он, кстати, уже болел оспой – был полон решимости продолжать путь. Что мне было делать? Но они не задержатся, уверяю тебя. Ну я поехал, меня ждут в Варанвиле.
– Пожалуйста, доктор, подождите меня!
Элизабет обернулась и с удивлением увидела, как по ступенькам вниз бежит одетая в широкий плащ с капюшоном и с узелком в руке Белина. Девушке на секунду показалось, что та, испугавшись заразы, в ужасе бежит из дома. Это было очень похоже на Белину: всегда немного вялую, глуповатую, совершенно бесцветную и к тому же панически боявшуюся малейшего сквозняка. Но Элизабет ошиблась! Белина попросила доктора Аннеброна взять ее с собой в Варанвиль.
– Баронессе придется отослать всех слуг, кто же будет помогать ей ухаживать за сыном, – заявила она таким уверенным тоном, которого никто и никогда у нее прежде не слышал.
– Белина, – воскликнул доктор, удивленный не меньше Элизабет, – вы представляете себе, что такое оспа? Это…
– Представляю. Я уже болела. И потом… я очень люблю месье Александра и как подумаю, что он заболел…
Она икнула, вытащила из кармана большой в клеточку носовой платок и шумно высморкалась под недоверчивым взглядом своей бывшей ученицы. То, что Белина возвысилась до героического поступка, и трогало, и смущало Элизабет. Так ее бывшая гувернантка любила Александра? Но они же вдвоем столько раз издевались над бедным созданием, разыгрывали ее… В порыве благодарности Элизабет бросилась к Белине.
– Белина, милая! – воскликнула она. – Вы лучшая женщина, какую я когда-либо знала! Вы же столько от нас натерпелись… Надеюсь, и я имею право на ваше снисхождение?
– Вне всякого сомнения! – заверила девушку Белина. – Ну а теперь надо поторапливаться!
Провожая взглядом кабриолет, Элизабет медленно поднялась по ступеням и увидела вверху лестницы Потантена. Он улыбнулся с такой нежностью, что девушка перестала сдерживаться и заплакала, уткнувшись ему в плечо. Она и сама не знала, что страшило ее больше: участь, которая, возможно, ждет Александра, или то, что отец, тетя Роза или кто-нибудь еще из дорогих ее сердцу людей подхватит заразную болезнь. Пожилой дворецкий дал Элизабет выплакаться, легонько похлопывая ее ладонью по плечу, потом уверенно сказал:
– Молодой Александр выздоровеет, я в этом уверен. Ну а наш хозяин бывал в Индии, там случались болезни и пострашнее. И ни разу он ничем не заразился. Пойдемте, и вам надо выпить чего-нибудь горячего. Не забывайте, ведь вы приболели, – добавил он с едва заметной улыбкой.
Они вернулись в дом, держась за руки. Лорна стояла на пороге гостиной.
– Какое чудесное выздоровление! – воскликнула она. – Стоило доктору приблизиться, как вы уже на ногах, не так ли, кузина? Но это может быть временным облегчением…
Все это Лорна проговорила насмешливым тоном и вдруг завопила, почти завизжала:
– Вы в своем уме? Принимаете у себя детей прямиком из зараженного дома! Мы все подхватим эту заразу… по вашей вине! Боже правый, да вы безумцы!
Лорна куталась в большой шерстяной шарф, который сбросила Элизабет Бледная от страха, она дрожала, как листок на ветру. Лорна выглядела по-настоящему жалкой, но Элизабет больше не чувствовала к ней ничего, кроме презрения.
– Александр де Варанвиль был здесь среди нас на Рождество всего неделю назад, – сказала Элизабет,