Чужой муж

в столовой. Между прочим, в очереди стояли через одного человека, но делали вид, что друг друга не видят. Он говорил с кем-то из монтажников, а Наташа стояла в очереди со своими девчонками-лаборантками…
– Нормально, – ответила она.
– Тебя никто не беспокоит?
Что он имеет в виду? Досаждает ли ей Тамара? Или он думает, что они видятся, и хочет через Наташу узнать, как дела у его жены?..
Какая глупость лезет ей в голову. Для того чтобы это узнать, Валентин так же может снять трубку и позвонить домой…
– Никто.
– Я хотел сказать, что ты легкомысленно относишься к своему здоровью.
– Не поняла, – удивилась она.
– Вчера на улице было минус семь, а ты шла с непокрытой головой.
– Хорошо, я буду надевать шапку.
– Тебе нельзя болеть.
Интересно, а кому можно?
– Извини, что побеспокоил тебя.
– Ничего, пожалуйста.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
И это все? Он нарочно позвонил, чтобы вывести ее из равновесия?
Надо постараться не думать о звонке Валентина. Лучше о передаче. Она только подольет масла в огонь. Без нее о происшествии в доме Пальчевских потихоньку бы забыли, а теперь опять все начнется сначала.
Женщины будут на нее злиться, что она выпендривается, по телевизору глазки строит. Всем мужчинам страны. Могли бы и взять для съемок кого-нибудь другого…
В таких вот предположениях Наташе не было равных. Она всегда за других продумывала речи и придумывала причины, по которым эти речи должны были бы произноситься.
Но она ошиблась, потому что случилось событие, на фоне которого разборки между Наташей и Тамарой выглядели дракой детей в песочнице. Умерла Нина Лукина. А точнее, ее убил муж Геннадий.
Он и раньше лупил ее нещадно, и она ходила в синяках, но все считали, что ничего страшного не происходит. Подумаешь, муж бьет. Тут Тамара была права: характер у Лукиной был вздорный.
Но однажды, видимо, это должно было случиться. Генка силу удара не рассчитал, маленькая Нина ударилась головой об угол комода – перелом основания свода черепа. Насмерть.
Генку увели в наручниках, а город притих, переваривая страшное событие: как такое могло случиться?!
Как ни странно, большинство горожан чувствовали себя виноватыми в случившемся. Потому, если теперь говорили между собой о смерти Нины, опускали глаза и вздыхали. А на похороны собралось полгорода. Нинку Лукину, скандалистку и горлопанку, хоронили как городскую знаменитость.
Хотела бы Наташа продолжить свой спор с Тамарой: хорошо ли это, когда муж поднимает руку на жену? Или она так и осталась бы при своем мнении, что интеллигентность Валентина и его принципы, запрещающие поднимать руку на женщину, есть не что иное, как слабость?
Теперь уже она с Тамарой об этом не поговорит. На днях бывшие подруги встретились в магазине и даже не поздоровались. Причем Тамара остановилась и с усмешкой смотрела на суетящуюся от неловкости Наташу. А та никак не могла справиться со своими глазами, которые бегали у нее туда-сюда, словно она что-то украла и была поймана с поличным.
На похоронах Наташа увиделась с Валентином, и с кладбища они, не сговариваясь, пошли вместе.
– Ты на поминки пойдешь? – спросила его Наташа.
– Я предпочел бы помянуть Нину более скромно.
В самом деле, железнодорожное депо, в котором Нина работала нормировщицей, закупило для поминок зал в огромной фабричной столовой, парфюмерка тоже выделила деньги, потому что Генка работал на фабрике, и ее коллектив тоже как бы отдавал последнюю дань усопшей, убийца которой работал рядом с ними.
– Давай зайдем в ресторан, – предложила Наташа.
Отчего-то – под впечатлением от похорон, что ли? – она больше не думала о том, что ее с Валентином кто-то увидит. Надоело бояться, что ли?
В ресторане они выпили и почти не разговаривали.
– Тебе никто не докучает? – опять спросил Валентин.
Мог бы и не спрашивать. Если бы Наташа сказала: докучает, он выразил бы желание ее защищать?
– Никто, – пожала плечами Наташа. – А тебе?
– Мне докучают, но это бесполезно. На мне теперь такая броня, не прошибешь. Но тебя я хотел бы защитить.
Она удивилась. То, что сама переваривала мысленно с ехидцей, было Валентином озвучено как нечто само собой разумеющееся.
Что он имеет в виду, какая броня? Наташа хотела спросить, но постеснялась. Конечно, они могли бы просто помолчать, но в людном месте это выглядело так, словно они – два актера – на сцене и забыли свои слова.
Потому посидели в ресторане еще немного и поехали на работу на автобусе. Валентин все возился со своей линией, а у Наташи тоже было полно работы. Полдня, затраченные на похороны,