Чужой муж

даже задержала дыхание, а Валентин, которому, похоже, ее настроение тут же передалось, излишне резко убрал руки.
– Разрешите идти?
Он шутливо расшаркался.
– Я же говорила, сделает все в лучшем виде. Ему надо было девочкой родиться, – заметила Тамара.
«А тебе – мальчиком! – неодобрительно подумала Наташа. – Злым и жестоким».
Тамара как будто постоянно мстила ему за что-то. Но чего Наташе-то об этом размышлять. Чужая семья – потемки.
– Столы расставь! – крикнула Тамара вслед мужу.
– Этим я и собираюсь заняться, – отозвался он тем же обычным ровным голосом.
– Везет же некоторым бабам, – опять заговорила Тамара. – У них мужья – настоящие мужики, не хлюпики, не размазни… Возьми Генку Лукина. Вот это мужик! Заметила, Нинка ему и слово поперек сказать боится.
– Еще бы, он ведь за каждую провинность лупит ее как сидорову козу. Мне ли не знать, я от них через стенку живу.
– Значит, Нинка этого заслуживает, – вынесла вердикт Тамара.
Наташа неодобрительно скосила на нее глаз.
– Заслуживает. Так бы и дала тебе селедкой по башке! Вспомни Нинку. Она же рядом с Лукиным как Давид рядом с Голиафом. Маленькая, хрупкая…
– То, что она по сравнению с ним как воробышек рядом с орлом, согласна. Но ее я получше тебя знаю: зловредней Нинки бабы в городе не найти. Я хоть и не твой Голиаф, а пару раз и мне пришибить ее хотелось. Тля еще та!
– Все равно, она – женщина, Генка сильнее ее в десятки раз и на такую кроху руку поднимает.
– Рудина! Ты забыла, в каком веке живешь? Настоящий мужик – редкость, ему можно прощать мелкие слабости.
– Пальчевская, надо посоветовать Валику, чтобы отметелил тебя пару раз, тогда, может, ты перестанешь Лукиной завидовать.
Тамара снисходительно взглянула на нее.
– Посоветуй, авось послушает тебя. Хоть какое, а действие совершит. Ты Валентина только с хорошей стороны знаешь. Небось кажется, что в нашей семье он – угнетенный класс? Обижаю его напрасно?
Наташа именно так и считала, но потом подумала, что Тамара этого только и ждет. Ее заступничества. Нравится ей ощущать себя всемогущей.
– Ах да, я все время забываю, что для тебя он начальник, потому ты и после работы не хочешь нарушать субординацию.
– Мой начальник – главный технолог, – напомнила Наташа.
– Не важно. Все равно администрация фабрики. Руководство. Только поэтому ты и привыкла относиться к нему с уважением. Дома он такой, каков на самом деле.
Разговор между ними был явно бесплодный. В чем Тамара хотела ее убедить? В том, что Валентин – ничтожество? А еще предлагать участие в размазывании по асфальту человека, которого она уважает. Но и Тамара ей подруга, каковых у Наташи вообще раз-два и обчелся. Потому она сказала только:
– Если Пальчевский тебе так надоел, разведись. Что тебе мешает? Ты у нас женщина вполне самодостаточная.
Тамара помедлила, ловко формируя ложкой салат, воткнула поверху пару веточек петрушки и наконец ответила:
– Дефицит мужиков, дорогая. Уж если такая, как ты, одна живет, что делать мне? Нет, мужа надо искать из-под мужа. Вот если на горизонте что-то приличное появится, тогда и посмотрю.
Глупо пытаться исправить человека, столь отличного от тебя. Тем более что это – единственный повод для спора между подругами. Обычно Наташа во многом соглашается с Тамарой. Что поделаешь, та более приспособлена к жизни и куда лучше разбирается в людях.
– Ты права, Томка, это твое дело, как и то, что ты прилюдно унижаешь мужчину, с которым потом ложишься в постель.
– Тебе не понять, это у меня со зла. Как подумаю, что у других баб мужья как мужья, а у меня – ни богу свечка, ни черту кочерга, так не то что его унижать – прибить охота. Нет, я бы тоже хотела побыть вдовой.
– Вот опять ты о Валентине уничижительно. А он хоть раз сказал о тебе дурное слово? На какую другую женщину взглянул? Ценить надо такое постоянство.
– Разве в мужчине это главное? Тут я согласна с анекдотом: лучше есть торт в обществе, чем грызть сухарь в одиночку.
– В самом деле, и чего я затеяла этот дурацкий разговор! – рассердилась Наташа. – Валентин твой муж, тебе о его репутации и заботиться. Я его знаю как классного специалиста и человека, которого уважают коллеги, а большего мне знать незачем.
– Ладно, заступница, посмотрим, кого ты себе в мужья выберешь.
– Наверное, долго ждать придется.
– Не зарекайся. Я уже на себе проверила: не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Иной раз выскочишь из дома ненадолго, за хлебом там или солью, и нос к носу столкнешься со своей судьбой…
Тамара помедлила, словно припоминая нечто приятное, но тут же весело закончила:
– Кто знает, может,