Чужой муж

В свой родной город. Разве сравнить краевой центр с нашей дырой? Сорок тысяч жителей. Меньше, чем в любом районе вашего города. Там у тебя будут совсем другие возможности. Ты молода, красива, одна не останешься.
– А если я не уеду?
– Ну зачем тебе это надо?
Тамара взглянула ей в глаза, и Наташа испуганно содрогнулась: это только говорится, что любящая женщина сильнее всех. Наташа чувствовала, что в такой вот житейской схватке она намного слабее.
– Может, нам больше не стоит демонстрировать друг другу свои возможности?
«Нам». Выходило это у Тамары даже по-товарищески. «Нам»!
– Все равно ваши отношения ничем хорошим не кончатся. Валентин – тряпка, слабак. А иначе, не будь он слабым, разве позволил бы ТАК с собой обращаться? И тебя он бросит, если я нажму посильнее. Не веришь?
Наташа могла бы сказать «не верю», но самое страшное было в том, что такой веры у нее не было. Слишком долго она наблюдала, как складывались отношения супругов Пальчевских. И вдруг в момент Валентин переменился? Из-за любви к Наташе? Да была ли между ними эта самая любовь?
– На чужом несчастье своего счастья не построишь, – прорвался через ее мысли голос Тамары.
Это было уже из какой-то другой оперы. Слишком по-бабьи, на Тамару не похоже. На мгновение Наташа подумала, что Пальчевская вовсе не так уверена в себе, как хочет это представить, но она уже поплыла. То есть сдвинулась с якоря, где до сих пор стояла в уверенности, что их с Валентином чувства и отношения крепки и надежны.
И что самое смешное, говорила это женщина, которая именно таким способом стала его женой.
– Что же мне делать? – вырвалось у Наташи.
Она вовсе не спрашивала об этом Тамару, просто размышляла вслух, но та ей ответила. Положив при этом на стол небольшую пачку долларов:
– Продай мне свою квартиру.
– Зачем она тебе?
– Пригодится. Добавим к нашей двухкомнатной и поменяем ее на трехкомнатную квартиру. Жилье никогда не бывает лишним… Здесь три тысячи баксов. По меркам большого города, не много, но в нашем захолустье однокомнатные квартиры больше двух с половиной тысяч не стоят, а попутно я тебе компенсирую моральный и материальный ущерб. Ну, соглашайся.
Наташа попыталась вывернуться из жесткого захвата:
– Но я не готова… это слишком неожиданно… мне нужно время.
Но самой себе она напоминала упрямого Фому из детской книжки: «Из пасти у зверя торчит голова, а к берегу ветер доносит слова…»
– Какое там время, ничего тебе не нужно! – снисходительно улыбнулась Тамара, проглатывая ее целиком. – И с руководством фабрики не будет никаких препятствий. Я говорила с директором, он сказал, что отпустит тебя без отработки…
Значит, и Любавин против нее! А совсем недавно ей казалось, что он на их с Валентином стороне… Еще в гости приходил, за столом сидел…
– Без меня меня женили, – усмехнулась Наташа, в момент почувствовав себя одинокой и всеми брошенной. – Значит, ты была уверена, что я соглашусь?
– Не была, – скривилась Тамара, – но все же надеялась на твое благоразумие. Поверь, там, вдали, рядом с близкими людьми, все случившееся покажется тебе дешевой мелодрамой.
Как всегда, она была права. На зыбкой почве стоял их с Валентином любовный замок. Не было у него основного – фундамента. Если столь реалистический символ можно применить к миру чувств. Вот и закачалось все строение при первом же толчке.
Дешевая мелодрама. Так назвала их роман Тамара. Наташа взяла деньги со стола и медленно пересчитала. Хотя больше всего ей хотелось просто взять и порвать их не считая. Но это было бы глупо. В конце концов, должна же была она согласиться ради чего-то. Пусть Тамара решит, что ради денег.
– Я уеду послезавтра, – сухо сказала она.
– Меня это устраивает, – кивнула Тамара. – Документы на квартиру оформим завтра.
Назавтра Наташа зашла в администрацию парфюмерной фабрики.
– Решила уехать, – понимающе кивнул директор. – Возможно, так будет лучше для всех. И Валентин Николаевич наконец определится, не будет метаться между вами…
Он не смотрел ей в глаза, а все время будто невзначай отводил взгляд в сторону.
– Спасибо, – сказала ему Наташа, – я очень рада, что вы так глубоко вникли в проблему. Билет я возьму на завтра, распорядитесь, пожалуйста, чтобы в отделе кадров мне выдали трудовую книжку.
– Ничего, – Любавин наконец взглянул ей в глаза, – ты женщина молодая, красивая, долго в одиночестве не будешь.
Да что ж это они успокаивают Наташу одними и теми же словами, будто дебилку какую!
– Жалко, фотограф не успел с тобой поработать. Ты ведь у нас была главной претенденткой на рекламу новой туалетной воды.