Чужой спор

потрясенно вскрикнула я.
А снеговик вместо ответа прижал веточки друг к другу. Между ними что-то сверкнуло. И веточки резко отвели в разные стороны.
У меня вытянулось лицо, когда увидела свой полупрозрачный образ, цепко удерживаемый в веточках. В бальном платье, с большими перепуганными глазами и с пальцами, прижатыми к губам.
Снеговик повертел головой, сравнимая меня и образ. Довольно кивнул. После чего запихал образ в себя и, погладив веточками по снежному животику, выдал:
— Значит, вы.
Смысла отвечать не видела. Зато вопросы были, но…
— Его Ледейшиство доносит до вашего сведенья, о, плюющая и падающая на голову дева, — последнее уже через чур пафосно прозвучало. Пауза. И снеговик протараторил: — Короче, часики развеялись и у Ледейшиства все отлично. Пока-пока!
И этот чудик лопнул, обдавая снопом холодных снежинок.
Отмахнувшись и откашлявшись, я аж привстала. Но снеговика и след простыл. Это что сейчас было, а?
Плюхнулась обратно на постель.
Ледейшиство… Мой образ в бальном платье… Еще и дурацкое обращение… От моего ледяного знакомого, что ли?
Посмотрела на лужу на полу, где был снеговик, а после его исчезновения снежинки. Они-то и растаяли… Мда.
Просидела я еще на постели полчаса. Потом окончательно спарилась и сняла сначала шапку и шарф. Потом пальто и ботиночки.
Я не то, чтобы не поняла, что часы развеялись, но… как-то не верилось. Не верилось, что ледяной все так просто простит. Что все так закончится. И что не будет никаких неприятных сюрпризов.
Поэтому сидела и ждала.
Ждала, ждала, ждала…
Продержалась я так до половины седьмого, а потом уже вырубилась. А утром… Поняла, что меня все же прибьют. Причем ледяной. Причем сам. И никаких больше глупых снеговиков…
Но самое ужасное, что я сама бы не отказалась оказаться у высшего ледяного.
— Выдайте нам ее!
— Ана, сейчас же выходи!
— Я тебя убью-ю-ю-ю!
Поморщилась, мечтая оказаться у ледяного. Просто он-то точно во дворце драконьего посольства живет. А драконы… у них тонкая душевная организация… Да и в принципе самоубиться можно проще. И это не говоря о том, что их посольство обходят с почтительным молчанием! Во избежание.
Утро у меня было «чудесным».
Сначала я решила, что оказалась в женском общежитии академии, когда еще не вылезшим из постели адепткам сообщили о срочном построение и дали на это всего десять минут. И при этом не забыли сказать, что прибудет едва ли не король со свитой. То есть выглядеть надо прилично. А есть всего десять минут…
Вскочила, сонно хлопая ресницами. Одежда! Туфли! Чулки! Макияж! Прическа! Еще парадная мантия!..
Потом до мозга дошло, что учебу я закончила и вообще в доме тёти, и плюхнулась на постель. С изумлением покосилась на окно, за которым стоял невообразимый шум.
Встала, неторопливо подошла, отдернула штору, выглянула и рот у меня все же приоткрылся.
Перед воротами стояла толпа разъяренных девушек, девочек-подростков, женщин. И все они негодовали и возмущались. Ворота не прекращали светились, показывая, что на них напирают и пытаются открыть, но магическая защита пока держится.
Подавшись вперед, я ошарашенным взглядом посмотрела дальше. И мне стало плохо…
Эта толпа окружала дом тёти!
О причинах такого столпотворения я начала догадываться, когда увидела иллюзорных дракончиков. А еще выкрики… Если кратко, то их возмутило мое поведение в отношении драконов вообще и в отношении одного в частности.
А я и не догадывалась, что у нас столько поклонниц драконов…
Но еще больше изумило то, откуда им известно, что произошло на балу. Да и вообще, с чего такой порыв?!

Поразило, что в этой яростной толпе наравне с самыми ярыми почитательницами драконов были мужчины. И они возмущались ничуть не меньше, а может даже больше.
А потом я наблюдала еще более поразившую меня картину.
К дому подъехала карета. Обычно они заезжали внутрь, но не сегодня. Из кареты выбралось две леди и, гордо вскинув подбородки, прошествовали к воротам. Что удивительно, толпа их пропустила.
Дамы подошли к воротам, послали импульс, чтобы их впустили как гостей, и замерли, ожидая. И тут…
Прямо в воздухе возникла размашистая магическая надпись.
«Леди Ребекка Анрей не принимает!!!»
«Совсем!»
«Совсем — значит НИКОГО!!!»
«И близких, сердечных, душевных и прочих тоже!»
Даже не знаю, чему удивилась больше. Тому что тётя не принимает гостей, а она их принимала даже, когда болеет. Или надписям.
Леди не растерялись и послали