Чужой

немного удивился я.
— Да. Двести ты уже получил, а дальше по сотне в неделю.
Ну да, в неделю. Четыре сотни в месяц. Нормально. Хотя мне здесь сколько осталось? Полагаю, что получить что-то кроме аванса у меня не получится. Зато его почти полностью отработаю, получается. Все по-честному.
— Что ухмыляешься? — спросил Пикетт.
— Да так, — отмахнулся я. — Просто немного странно, что вроде бы к нормальной жизни вернулся. Работа, зарплата, все такое.
— Ну да, ты же в горах так и жил как медведь, — тоже усмехнулся он.
— Кстати, ты когда-нибудь слышал про то, что люди заражались от чужих?
— Это тебе доктор наболтал? — вместо ответа уточнил Пикетт.
— Он, кто же еще? — не стал я укрывать правду.
— Это поначалу так пугали людей, — сказал он, попутно зевнув и прикрыв рот ладонью. — Нет, не слышал, и никого они пока не заражали. Хотя многие до сих пор верят.
— А что тогда все такие нервные по поводу этих самых чужих?
— А черт его знает, если честно, — сказал Пикетт, переключая свой планшет на игру в покер. — Не моя область компетенции. А что?
— Как что? — вполне натурально удивился я. — Интересно же.
— Интересно? — переспросил он и вроде даже задумался. — Да, наверное интересно. Но я понятия не имею, что дальше. Всех отправляем в Форт-Сэм, а что дальше — ни малейшего представления. Но уж точно не убивают их там, потому что приказ обращаться бережно, кормить хорошо, обеспечивать условия и все такое. Только отпускать нельзя, жесткий карантин.
— Карантин как с инфекционными больными? — решил я все же уточнить.
Похоже, что Пикетт и вправду никогда раньше этим не интересовался, потому что сейчас явно задумался, после чего сказал:
— Нет. Как в тюрьме карантин, если проще сказать. У них в госпитале отдельный коридор, там решетка и охрана, я мимо часто прохожу. И еще им туда тренажеров на целый спортзал навезли, — добавил он, явно вспоминая подробности. — Да, приятель туда беспроводную сеть протянул, и кабельное туда протащили. Нет, на заключенных они не похожи, о них заботятся.
— А кто они вообще? Ну, в смысле… даже сам не знаю как спросить, — изобразил я полное непонимание.
— Американцы, — пожал плечами Пикетт. — Такие же как мы. Просто не отсюда, а из других Америк. Параллельных. Обычно растерянные, ничего не понимающие, если говорить о тех, что попадали к нам. Несколько раз попадались иностранцы, но все провалились к нам из Америки.
— Откуда проваливались, там и оказывались? — уточнил я.
— Не совсем. Бывало так, что человек проваливался в Вайоминге, а выходил в Колорадо, например. Но обычно не дальше.
Вот так, все как в Отстойнике. Нет, этот мир точно идет по его стопам, руку на отсечение, или зуб даю, если проще.
— Подожди, я вот чего никак не пойму, — начал я постепенно подбираться к важному. — То есть сюда может свалиться «параллельный я», что ли?
— Нет, — засмеялся он. — Ты есть ты. А он есть он. Люди не повторяются, в тех Америках живут другие люди.
— И у них другой президент, так?
— Именно. Не Мак-Кейн.
Интересно, в моей действительности есть такой Мак-Кейн, или нет? И будет ли он президентом в две тысячи двенадцатом? Я ведь явное нарушение той теории, что излагает Пикетт. Я здесь был, я и есть тот «альтернативный я». Но я сюда и попал… неправильно. Не должен был я сюда угодить. Я — аномалия. Можно гордиться.
Кстати, этот самый Мак-Кейн был президентом до эпидемии или стал позже? Черт, спросить бы, но как-то в карантин для чужих неохота. Ладно, я потом каких-нибудь старых газет поищу, почитаю. Полезно вообще-то, надо было раньше сообразить, на каждом шагу ведь попадались. А то так я сам попадусь, на каком-нибудь диком косяке.
— А Мак-Кейн там есть? Вообще, в смысле, не президент?
— Вопросы у тебя, — вздохнул Пикетт. — Это сложнее ракетной науки, а ты с этим к бывшему копу. Ничего тебе ответить не могу, извини.
— Нет проблем.
Ладно, достаточно, а то, если он на все вопросы ответит, то уже у меня ум за разум зайдет, как мне кажется. Мне бы тогда Милославского не убивать надо было, а сюда тащить. Хотя о чем я, если бы он не помер, то я бы там, в Отстойнике, и остался. Или помер бы сам.
Разговор постепенно превратился в ленивую болтовню, а потом и вовсе увял. Я откинул спинку кресла и уснул, полет ожидался долгий.

Люди Пикетта обосновались на аэродроме всерьез, неплохо обустроив административный терминал. Сейчас там было всего четверо, остальные возились с техникой, готовя несколько самолетов к первому вылету.
Средних лет толстяк с пышными усами, одетый в клетчатую шерстяную куртку, спросил меня с ходу:
— На «фоксбэт»?
Я удивленно глянул на