Стар мир Торна, очень стар. Под безжалостным ветром времени исчезали цивилизации, низвергались в бездну великие расы. Канули в прошлое чудовищные войны, когда достижения магии и науки сеяли смерть и ужас. Больше нет могущественных владык, властвовавших над миром. Новые народы магией и мечом утвердили свой порядок. Установилось Равновесие.
Авторы: Зыков Виталий Валерьевич
он всячески показывал, что его слова не более чем праздный интерес хозяина к гостю.
– Но, глядя на то, сколь дружны ваши супруги, господин Луази, я начинаю на многое смотреть иначе! – задорно подмигнув расстроенной Лакристе, вкрадчиво продолжил король, но не утерпел и расхохотался. Монарх не смог удержаться от мальчишеского желания подколоть любовницу, но и обижать ее не хотел. Шутка, говорили его глаза, и Лакриста с облегчением принялась обмахиваться веером.
Король Зелода для полуденного чаепития облачился в простой серый камзол с нашитым узором из витого черного шнура и крупными серебряными пуговицами, черными штанами и короткими сапожками на шнуровке из кожи речного дракона. Как всегда, на боку у государя висел старый потертый молот, приковывающий внимание своей явной чужеродностью даже неискушенному наблюдателю. На его месте лучше смотрелся бы меч из дымчатой стали в ножнах из кожи морского вепря, но Гелид хорошо знал, какое оружие спасло ему жизнь и вернуло трон, а потому не собирался оставлять без присмотра столь ценный артефакт.
– Вы совершенно правы, Ваше Величество, – вежливо согласился Бернар, держа свою чашку обеими руками на манер вельможи из Загорного Халифата. – Несколько жен доставляют больше радости мужчине, но только если это действительно любимые и любящие жены! Такое не всегда встречается.
Женщины в беседе почти не участвовали: Олисия и Талоя скромно сидели рядом с мужем, лишь изредка поглядывая на короля, а Лакриста устроилась по правую руку от Гелида, всячески показывая свою покорность воле господина. Похоже, иного от Насти и не ожидалось. Правда, если ты молчишь, это совсем не значит, что не слушаешь! Немного успокоившись, королевская любовница стала ловить каждое слово, прозвучавшее за столом, привычно выискивая скрытые смыслы, пытаясь найти двойное дно. Ну, не мог же молодой Ранс тратить время на пустой разговор с каким-то магом, к тому же совсем не Истинным, ради одной только возможности увидеться со своей возлюбленной! И уж точно его мало волновали вопросы многоженства. Тогда что?!
– Знаете, уважаемый Бернар, а ведь Республика Нолд уникальна не только в вопросах построения семьи! Одно только политическое устройство чего стоит, – точно обкатывая на языке каждое слово, проговорил король. – Уже много тысяч лет, как на Торне нет ни одного другого такого государства, где у власти стоят чародеи. Не просто один могучий маг, а сложная иерархия волшебников всех мастей и рангов!
– Простите, Ваше Величество, но что здесь удивительного?! – Броня ледяного спокойствия Бернара неожиданно дала трещину. – Чем власть повелителей Стихий отличается от правления любого короля?! За исключением мелких деталей, разумеется…
На лице Гелида проступило сожаление. Он и не собирался скрывать недовольство собеседником, неспособным понять простые, но донельзя важные вещи.
– Господин маг, любой ваш собрат всегда стремится познать и подчинить окружающий мир. В самой природе чародейства кроется нечто такое, что заставляет рваться ввысь, стремиться подняться по ступенькам могущества к неведомым пока вершинам. Государство, управляемое одним таким выскочкой, может стать великим, а может захлебнуться в пучине невзгод, но страна, где таких одержимых могуществом много… О-о, эта держава может не только сама рухнуть в Бездну, но и утащить за собой весь мир.
– Нолд создан больше двух тысяч лет назад, а мир и не думает катиться во Тьму, Ваше Величество… – по-прежнему вежливо, но твердо возразил Бернар.
– Да, но мы стоим на краю пропасти! – внезапно рыкнул король и едва не врезал кулаком по столу. На скулах Гелида заиграли красные пятна, он тяжело задышал, но тут же взял себя в руки. – Прошу прощения, я несколько увлекся спором… Мне нет никакого дела до политического устройства вашей Республики, но и смотреть со стороны за играми магов тяжело и больно. Почему они никак не запомнят, что мир не игрушка, и совсем рядом живут обычные разумные, далекие от игр чародеев?!
Талоя и Олисия обеспокоено зашевелились рядом с мужем. Разгневанный король, пусть даже он и правитель чужой страны, подобен взбешенному хищнику, уже выбравшему жертву. Путь к плахе короток, а значит не стоит вызывать недовольство могущественных особ, особенно если ты сидишь у них в гостях.
Не слишком приятно ощущала себя и Лакриста. Она старательно прятала глаза от ищущих взглядов соплеменниц, просто не зная, как успокоить любовника. Сейчас от нее ничего не зависело.
– К счастью, я далек от политики, а потому не мне судить о решениях Архимага и Совета Мастеров, – осторожно подбирая слова, произнес Бернар. – Да и мне ли спорить с правителем крупной державы, знающим едва ли не все о незримых
