Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
Твой?
– Нет. Это тебе в подарок прислал мой побратим Охотник. Он сказал, что этот кот немного не такой, как все. Сказал, что тебе должно пригодиться то, что этот зверь умеет. А что он умеет, я не знаю. Возьми его с собой. Охотник сказал, что это важно.
– Мрр.
Котенок потерся мордочкой о Дашину грудь. Я почувствовал, что он посылает мне образ солнечного зайчика, быстро прыгающего по дощатому полу. Кот хотел сказать свое имя.
– Его зовут Солнечный зайчик.
– Длинно, но забавно. Пусть будет так. Я в душ. А потом вещи паковать. – Присмотревшись ко мне, Даша подозрительно прищурилась: – Я буду меньше на тебя наседать, Васильев, всего два дня прошло, а ты уже на привидение похож.
– Укатала старика.
– Вот еще, старик нашелся! Бегать надо по утрам и витамины есть.
– Угу, виагру. Да я все время бегаю, прыгаю и поднимаю тяжести. С физнагрузками у меня все в порядке.
– Тапком кину, не нарывайся лучше. Просто поменьше шарься по всяким подвалам да…
Досказать я ей не дал. Подошел и, обняв, крепко поцеловал. Кот спрыгнул на пол и принялся вылизываться. Высвободившись из моего захвата с явной неохотой, подруга добавила, уже спускаясь в подвал:
– Рот он мне заткнул! Старый… Укатала… Вот посажу на диету…
Я посмотрел на свой комбез и понял, что белье и картриджи-поглотители надо менять. Несло от меня козлиным духом невыносимо. Будто в баню в полной выкладке ходил. Вот этим-то полезным делом я и занимался, попутно кумекая над снаряжением для рейда. Нужна была хорошая радиостанция. Я планировал на базе комплекса типа «Акведука» собрать систему, совместимую с ПДА. Цифровая карта с наложенной на нее сеткой радиоперехватов поможет отряду свободнее маневрировать и четче выполнять приказы. Следовало подумать над шифратором и поискать программы декодеров рабочих частот местных группировок. У Тары это должно быть: кредит алхимиков позволял мне заказать ему все, что нужно. Единственным неудобством было то, что парни Якоба экипированы на западный манер и в боестолкновении будет непросто отличить на звук своих от чужих. Но у меня была задумка заказать им всем фирменные «тихари». Тогда звука не будет совсем. Остается только несовместимость б/к, но с этим проблем быть не должно. Разберемся.
Сборы вместе с завтраком заняли около часа. Даша приготовила омлет с консервированными грибами, сама напилась кофе, а я по старой привычке побаловался чайком. Кот заявился точно к столу. Притащил крысу, которую запивал консервированным же молоком из банки, налитым специально для него в алюминиевую миску. Ели молча, но мысли были общими: и ей, и мне не хотелось расставаться. Только причины были у каждого свои. Меня больше волновали те неприятности, которые могли подстерегать подругу в ее походе с караваном. Знал, конечно, что все это ерунда, ведь Даша стала лучше стрелять и кое-что в бою сумеет показать. Тревога за близкого человека – штука иррациональная, мало зависящая от конкретики и фактического положения вещей. Мысли подруги были написаны у нее на лице аршинными буквами: ей страшно хотелось пойти со мной, быть рядом. Не из кровожадности и азарта, а лишь по причине глубокой привязанности. Высокие слова типа «любовь», «страсть» я произносить зарекся еще со времени последней женитьбы. Каждый раз, как доводилось произносить нечто подобное, чувств это не выражало, скорее опошляло их. Потом помыли посуду, каждый раз как бы невзначай касаясь друг друга, что было проявлением невыразимого словами чувства печали.
К западному блокпосту мы вышли вместе, а потом Даша в последний раз прикоснулась губами к моей чисто выбритой щеке и, не оглядываясь, пошла вслед за вьючными лошадьми, принадлежавшими караванщику. Караван состоял из пяти подвод с возчиками, трех вьючных лошадок, видимо с грузом для Лесника, да десятка «альфовцев», выполнявших функции охраны. Они водили караваны на Малый кордон. Огибая зоны враждебных группировок с северо-запада, тропа проходила частью по дикой территории, частью по окраинам Могильника. На пути было оборудовано несколько пунктов отдыха – держали их мелкие группировки «вольняг», взымающие с караванов небольшую плату за постой, а заодно затаривались всем необходимым, делая караванщикам заказы на те или иные припасы и снаряжение. Выгодно было всем: путешественники получали сравнительно безопасное место для ночлега и отдыха, а «вольняги» могли особо не напрягаться по поводу снабжения. Банды мародеров обычно пытались устраивать засады неподалеку от таких стоянок, но старатели постоянно патрулировали прилегающую местность и стычки с бандами происходили редко.
Прощальных слов не было, в нашем ремесле прощаться, желать удачи и, как тут некоторые придурки
