Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
указаниям Следопыта, залез в его бездонный рюкзак и извлек бутылку «Родника», так и вообще позволил себе немного расслабиться. Спирт растекся по пищеводу, и в голове немного прояснилось. Не знаю, кто такой на самом деле этот Следопыт, но видно, что мужик тертый и человек неплохой. Такой в спину явно не ударит, если только его самого в угол не загонят. Стало быть, переживать особо нечего. С таким позитивным настроем я вернулся к трапезе, подальше отогнав плохие мысли. Какое-то время на поляне слышался только звук торопливо работающих челюстей.
Когда я почти доел свою порцию, с той стороны, откуда мы пришли, донесся пронзительный вой, оборвавшийся резко и неожиданно. Настя поперхнулась и вопросительно воззрилась на Следопыта, который к тому времени мастерски обрил сам себя и теперь неторопливо отхлебывал из кружки водку. Маленькими глоточками. Бррр…
– Конец вашей кикиморе. – Он щелкнул зажигалкой, закуривая. – Достал ее Серый. Ну и не хрен по лесам шататься, людям головы морочить. Как дела у вас, на вашей стороне, а, Пикассо?
– Да вроде неплохо. – Я, решив ничему не удивляться, налил чаю из закопченного железного чайника, которого раньше тоже не было заметно. А может, просто мне показалось? – С военными иногда проблемы, да куда ж без них.
– Импортных «частников» у вас там много?
– Не очень, французы есть, шведы. «Пиндосы» где-то посередине, с левой стороны периметра. Наши славяне их уже начинают выгонять. А у вас?
– Ну, у нас как раз таки наоборот. – Следопыт вытянул ноги поближе к костру. – Почему-то не выгоняют, их только прибывает. Особенно тех, с той стороны Атлантики. Есть, правда, бельгийцы, но их мало. Строгие очень, хотя никогда не против купить что-нибудь.
Угу. Так оно и есть, наверное. Я все больше начал убеждаться в правоте собственной догадки по поводу встретившихся нам персон. Озвучивать ее я не спешил, и думаю, что делать этого мне не нужно. Потом, если оно будет, это «потом», спрошу кое-что у Большого.
Кусты за нашими спинами зашуршали, и на поляну выбрался Серый. Плюхнулся у ног своей молчаливой хозяйки, подсунул башку ей под ладонь и довольно заурчал, когда та начала поглаживать ему брови.
– Ну и зверюга. – Леха зачарованно смотрел на пса, недоверчиво покачивая головой. – Метис, что ли, какой-то? А здоровенный-то до чего…
– Здоровенный. – Следопыт улыбнулся. – И умный, чертяка!.. Мм. С ним Марьенн бояться некого. Всех порвет, кого захочет. Разве что големов пара попадется.
– Неужели и с вурдалаком справится? – несмотря на возраст, в тоне нашего оператора послышались нотки ребячьего восхищения. – Один?
– Ну да, и даже не с одним. Правду сказать, он как-то с тремя сразу справился. Мне только пристрелить потом их осталось. Он мутант, не знаю уж, от каких пород такой пес получился, но точно, что не от пекинеса. Или пуделя, например.
Угу, это точно. Такой-то костогрыз не иначе как от кавказца и медведя должен был получиться.
Следопыт тем временем заинтересовался второй скоповской винтовкой и принялись обсуждать ее возможные достоинства и недостатки. Когда в ход пошли какие-то совершенно мне непонятные технические термины типа формулы тысячной и количества прицельных угольников, я решил посмотреть, как себя чувствуют наши «туристы», сидевшие на самой границе светотени и молча наблюдающие за происходящим.
Как и ожидалось, Насте стало значительно хуже. Даже в темноте было видно, как сильно она побледнела и как ее знобит. Вот черт, незадача так незадача. Хотя, может, оно и к лучшему. Если доживем до утра, можно будет со спокойной душой топать назад. Деньги вернуть – не вопрос. Если пойдем с Соколом, то сможем заработать куда больше. И без всяких непонятных головняков.
– Настя, совсем плохо?
– Ага. Поспать бы, может, и полегчает. – Девушка подняла на меня блестевшие лихорадочным блеском глаза. – Ты хочешь назад, наверное, пойти? Да? Нет, Пикассо, так не получится. Я смогу идти.
– Ну да, сможешь. – Я присел рядом. – Но зачем? Материала не хватит?
Настя ничего не успела ответить. Марьенн встала и подошла к нам:
– Ну-ка, покажи, что у тебя? Руку навылет… неприятно, конечно. Но не беда.
Она достала из кармана висевшей на поясе небольшой сумки какую-то пластмассовую тубу и заставила Настю снять куртку и свитер. Размотав повязку, внимательно осмотрела уже начавшую схватываться рану и, достав из той же сумки пластиковую каппу, всунула ее девушке в рот.
– На-ка прикуси. И потерпи немного.
Не знаю, что там было у нее в тубе, но когда я на всякий случай попробовал вмешаться, так как Настя вела себя будто загипнотизированная, Большой придержал меня за локоть и не дал сказать ни слова.
