Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
не болело. Ну разве что ступня правой ноги, которую он подвывихнул. А вот в голове еще звенело. Но это от слабости. Костя невольно посмотрел, что накрыто на столе, и облизнулся.
— Кто за тобой бегал? — шесть пар глаз вопросительно уставились на него.
Костя хотел сказать, что фашисты из прошлого, а потом решил, что это прозвучит дико. Ведь такого не могло быть. Ведь если бы люди приходили из прошлого, то такой факт был бы давно зафиксирован наукой, и все такое. А уж их брат телевизионщик обязательно раструбил бы на весь мир. Поэтому говорить о фашистах из прошлого нельзя было ни при каких обстоятельствах.
— Бандюги какие-нибудь из прошлого? — Сказал Калита.
— Ну говори! Говори! — подтолкнул кто-то в бок.
— Что-то вроде этого, — смущенно пробормотал Костя.
— Нет, так парень, не пойдет, — заверил его Калита. — Иди сюда и расскажи подробно.
Пришлось Косте сесть за стол и рассказать обо всем, что с ним произошло. Между делом он съел пару картошин и пучок сладкого лука. Такого лука он прежде не ел. А еще смолол здоровенную краюху сытного домашнего хлеба, но самое главное — выпил чарку водки, и его немного развезло. Концовку он скомкал. Не стал говорить, как через два забора перепрыгнул. А о том, что через минные поля прошел, он и сам не знал. Но его с недоверием спросили:
— А через минные поля ты что, перелетел?
— Через какие поля? — удивился Костя.
— По обе стороны заборов на расстоянии метров пятидесяти все заминировано, — объяснили ему со сдержанной доброжелательностью.
— Я не знаю… — упавшим голосом ответил Костя, — я просто бежал, и все.
Он с детства испытывал дискомфорт, когда взрослые ему не верили. А когда объяснялся с любимой девушкой Ирой, вообще, можно сказать, пережил шок, потому что она не восприняла его слова всерьез. Несерьезным был Костя Сабуров человеком. Это все признавали. Он и теперь больше всего боялся, что ему не поверят.
— Ну, считай, что тебе повезло, — резюмировал Калита.
— Почему? — спросил Костя.
— Последний раз немцы сюда забредали, знаешь когда?
— Когда?
— В сорок втором!
Все засмеялись, глядя на его растерянное лицо.
— А если серьезно, если появились, то, значит, заинтересовались Дырой. Слышь, Леонид?
— Да слышу, слышу, — отозвался Куоркис.
Костя выпучил глаза. В башке у него заклинило. Он никак не мог до конца поверить в то, о чем они говорили. Не учили его этому никогда и нигде, к тому же он свято верил во все теории Эйнштейна, в «большой взрыв», энтропию и Дарвина.
— Здесь много, кто ходит, — объяснил кто-то из бойцов, кажется, тот, кого Калита пару раз назвал Дубасовым.
— Например, черный сталкер! — хохотнул кто-то из молодых. — А селедка есть?
— Какая, к черту, в Зоне селедка?! Обойдешься без селедки.
— Селедка в Зоне дефицит, — сказал Семен Тимофеевич.
— А кто такой черный сталкер?
— Кто такой черный сталкер? — переспросил Калита. — Хм… Никто его не видел, понимаешь. Говорят, он ходит по Зоне без оружия. Ничего и никого не боится.
— А еще хитер, как бес! — подсказал молодой сталкер.
— Как теща! — хохотнул кто-то.
— А еще он вечен, — сказал Калита. — Вроде бы из новой формации людей.
— Вот он один хабар и таскает, — сказал Дубасов. — Ему одному и везет.
— А почему «черный»? — спросил Костя.
— Да потому что Дыра дает такой загар.
— Так он что, в Дыру ходит?
— А куда еще?! — удивился Дубасов. — Знаешь, какой там товар?!
— А еще потому, что работает исключительно на черный рынок.
— Говорят, у него дворец на Гавайях, но он любит наш климат.
— Патриот, что ли?
— Да что-то вроде этого.
— Какой, к черту, патриот?! Просто привык парень к холодному климату, его на юга и не тянет.
— Нет, он патриот!
— Да иди ты в пень!
— А я говорю, что патриот!
— Немцы могли тебя запросто убить, могли и с собой забрать в какой-нибудь концлагерь, — не обращая внимания на перепалку вокруг, сказал Калита.
— Запросто! — подтвердил Куоркис. — Я их знаю! Пару раз сталкивался.
— Кстати, будешь писать, не забудь, что меня зовут Калитин Андрей Павлович. Старший механик Чернобыльской АЭС.
— Это ж было черти! — вырвалось у Кости.
— Не так уж и давно, — ответил Калита. — Но с тех пор вот маюсь.
— Да мы все маемся, — засмеялись сидевшие за столом.
Была в их словах какая-то грустинка. И даже не грустинка, а покорность перед обстоятельствами.
— А ты думаешь, почему мы все такие молодые? — спросил вертолетчик Сергей Чачич, единственный старше всех после Семена Тимофеевича. — Мы старые! Это Зона нас оставила навечно
