Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
верил и одновременно не верил своим глазам. Так ведь не бывает, твердил он себе, не бывает. Но раз «дровосек» ушел, то и тропинка должна пропасть. Это будет лучшим доказательством его присутствия в Зоне. Он заставил себя вернуться и очень осторожно выглянул из-за косогора. Действительно, там, за березой, где начиналась злополучная тропинка, теперь был девственно чистый косогор, без листьев, цветов и сухих травинок, как в английском парке — подстриженный, ровный и ярко-изумрудный. И все-таки где-то здесь затаился морок и звал, и манил к себе жгучей тайной… Быть может, он даже раскинул невидимую сеть, чтобы кто-нибудь из людей в ней запутался, как запутываюсь я, думал Костя, окончательно теряя остатки страха. Не в силах противиться своим желаниям, он сделал шаг и услышал:
— Не ходи…
— Я только загляну, как тогда, на мосту, и вернусь, — объяснил он лесу.
— Ты не вернешься, как и они, — ответил ему лес.
— Гляну одним глазом, — канючил Костя. — Что в этом плохого?
— Он заманит тебя!
— Кто?
— Сам увидишь, но будет поздно.
Костя словно очнулся: на обрыве сидел полицай, свесив ноги, и болтал ими, как ребенок.
— Ну что, понял?
Ах ты, гад, подумал он и вернулся.
— Ты чего?! — спросил он.
— Я-то ничего, а вот ты чего?
Костя вмиг остыл.
— Спасибо тебе… — буркнул он в сторону.
— Бывает, — сказал полицай. — Заманивает он тебя. Заманивает.
— Как это так? Я думал, он ушел.
— Даже я струхнул. А мне как бы и не полагается.
— Почему?
— Я же полицай. На мне уже и так не мерено, — и тряхнул плечами, на которых действительно все еще не высохла кровь.
— Ладно, — сказал Костя, окончательно приходя в себя, — я пошел, — и закинул винтовку на плечо.
— Погоди…
— Ну? — Костя обернулся.
— Возьми меня с собой?
— Не могу.
— Возьми. Я не подведу.
Костя задумчиво посмотрел на него. Я сам не знаю, куда идти, подумал он. Зачем он мне?
— Надоело с ними бегать. Убьют они меня рано или поздно, — пожаловался Бараско.
Врет, наверное, — подумал Костя и спросил:
— А ты откуда знаешь?
— Гестаповец выстрелит. Пуля вот сюда попадет. — Бараско показал на шею, которая была обвязана грязным бинтом.
— Да откуда ты знаешь?!
— Я уже сотни раз умирал. Надоело. Больно очень. Психика не выдерживает. Хочу судьбу изменить. — И добавил, видя, что Костя смотрит с недоверием: — Пусть меня Зона сожрет, если вру!
— Ты что, давно здесь бродишь? — удивился Костя.
— Да с самой войны, с сорок третьего. Не веришь?
— Верю, — пожал плечами Костя. Какая мне разница, подумал он. — Только странно это все.
— Я понимаю: я полицай, а ты современный человек. Полицаи — маленькие люди. Нам ничего не объясняют. Пришел офицер и отдает команды.
— Ну и что ты от меня хочешь?
— Возьми меня с собой. Я тебе пригожусь. Я здесь все места знаю. Хотя, сам понимаешь, Зона каждый день другая.
— Ну хорошо, — неохотно согласился Костя, не представляя, что из этого может выйти. — Только «шмайсер» мне отдай!
— Конечно! — радостно воскликнул Бараско, — все равно от него толку мало.
И действительно, что с ним делать против «дровосека», — молча согласился Костя.
Они пошли, беседуя, как два товарища, Бараско при этом старательно отдирал с рукава значок с тремя буквами УОА. Костя на него косился и расспрашивал:
— Так что ты видел?
— Практически, ничего, — отвечал Бараско. — Мясорубка. Мне повезло, что я шел последним. Он до меня просто не дотянулся.
— Кто «он»?
— Да этот, как ты его называешь?
— «Дровосек»?
— Ну да, «дровосек». Точно сказано.
— А как он выглядит?
— Да я понять не успел. Рука у него в виде ковша.
— Он что, быстрее человека движется?
— Точно! — сказал Бараско. — Быстрее глаза!
Ага, с удовлетворением подумал Костя. Теперь хоть есть за что-то уцепиться. Теперь можно и приспосабливаться.
— Как же нам его избежать?
— Для этого есть старый испытанный способ.
— Какой?
— Гайка и бинт, — Бараско похлопал по карману твидового пиджака. — Только у меня вместо бинта бечевка привязана.
Тропинки были «холодными», но Семен Тимофеевич все равно остерегался каждого поворота, каждого склона и куста, и вывел сталкеров к городу без приключений. Они благополучно избежали ловушек: трех «капканов», пары «вихрей» и «рока судьбы». Ловушки средней паршивости, хотя последняя была по-настоящему опасна — в виде бочки-контейнера она двигалась по периметру определенного района, и никто этих маршрутов не знал, кроме
