Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
ошибки, едва не запоров ему дело.
– Как оцениваешь нашего подопечного? – не поднимая головы из-за компьютера, спросил генерал.
– Не глуп, – отозвался тот.
– Все?
– Будет стараться на совесть, если ты об этом.
Глаза у генерала стали совершенно непроницаемыми.
– Он не просто «не глуп», а довольно умен и неплохо образован. Плюс к тому сильный лидер по натуре. Поэтому «гость» его и выбрал. Ты вообще о чем думал, Коля? Если, конечно, думал.
Генерал сделал неуловимое движение, его тело с потрясающей легкостью и грациозностью изогнулось – он напомнил своему подчиненному огромную гюрзу. Полковнику приходилось бывать в жарких странах, и он видел, как змея, неподвижная и безжизненная, вдруг срывалась с места, подобно молнии. Стальные челюсти с легкостью прокусывали кирзовый сапог, а о том, что происходило с несчастной жертвой, он старался не вспоминать.
– А тебе не кажется, что мы лупим из пушки по воробьям? – осторожно поинтересовался он, давая «задний ход».
Глаза у генерала стали почти черными, и полковник почувствовал, что сейчас он прокусит ему и сапог, и шею, и голову. И что-нибудь еще в придачу. Но Диденко лишь усмехнулся.
– Если упустим «гостя», в пушку эту вместо ядра затолкают нас. Точнее, тебя, Карасев, – пояснил шеф. – Еще раз проколешься, и будем подыскивать тебе другую работу, более подходящую твоим скромным способностям.
Высокий эсбэушный чин немного помолчал и добавил:
– Наш сталкер – единственная ниточка к «гостю».
«Этот себя еще проявит, – подумал он: – Проявит – никому мало не покажется».
– Вашу мать!
Полковника Карасева трясло от злости и бессилия. Его щеки и лоб покрыли розовато-зеленые пятна, а желваки ходили ходуном, отчего лицо смахивало на развевающийся флаг какой-то экзотической страны. Группка солдат поблизости жалась от страха к своему командиру, но тот и сам сейчас мечтал оказаться где-нибудь подальше отсюда.
– Я же кричал вам, идиотам, «не стрелять»! – Полковник шипел, как разъяренный варан. – Какого хрена вы палили по нему, козлы?!
– Товарищ полковник!.. – Майора вэвэшников мелко трясло. – В воздух стреляли. Посмотрите сами: ну нету пулевых следов! Летел ведь как ненормальный, догнать не могли!
Полковник едва сдерживался, чтобы не прикончить майора на месте. Это был конец… Единственная ниточка, которую они кропотливо плели целый год буквально из воздуха, была оборвана безвозвратно. Эти уроды понятия не имели, что они натворили. Скоты безмозглые…
Он постоял еще минуту, пытаясь прийти в себя, затем развернулся на каблуках и пошел в сторону казарм, ссутулившись, как старик.
А солдаты остались возле покосившей каптерки, и на душе у них скребли черные кошки. Даже командир чувствовал себя не в своей тарелке. Он вытер вспотевший лоб рукавом и, хмуро глянув на своих незадачливых бойцов, коротко приказал:
– Построиться. Сержант, веди в казармы.
– Вась, – отозвал он в сторонку старшину, – зашли бойца в оружейку. Пусть там возьмет брезент для переноски.
Старшина, рослый парень лет двадцати пяти, взглянул вопросительно:
– К доктору?
– Да. Отнесите его к врачу. Пусть он там сделает что полагается. Возьми себе кого-нибудь в помощь.
Строй двинулся к казармам, а молоденький солдатик, получив задание от старшины, побежал к серому штабному зданию, одиноко стоящему в паре сотен метров.
Возле полуразрушенной каптерки остались лишь старшина с сержантом. Ночь была на подходе. Солнце оросило закатной кровью горячую степную пыль, рассыпав брызги по рваным клубкам низко стелющейся колючей проволоки, покрывающей военную учебно-тренировочную полосу. Теплые солнечные лучи омывали на прощанье разрушенное аномалией одноэтажное здание, а сама «разрушительница» пульсировала среди степи, как огромное живое сердце, источая голубоватое сияние и такую агрессивную мощь, что ни одно живое существо не смело приблизиться к ней.
А еще солнце освещало двух мужчин, оставленных тут для скорбного и неприятного дела. И мертвеца возле их ног. Это был юноша лет шестнадцати, но определить возраст теперь было возможно лишь по угловато-подростковому телу. Точнее, тому, что от него осталось.
Лицо, разбитое и обезображенное, словно его порубили тяжелым тесаком. Правый глаз вытек. Раздробленная рука и свернутая шея довершали картину трагедии, разыгравшейся здесь несколько минут назад. При виде столь страшной картины даже бывалый майор испытал сильное потрясение. Об остальных и говорить нечего.
Старшина снял с пояса рацию.
– База, я взводный. – Он с благодарностью взял протянутую приятелем сигарету. – Соедините
