Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
изодранные руки ремнями, чтобы остановить кровотечение.
– Крови много потерял, надо переливать! – Сталкер оттянул застывшее веко. – Б…ь! Как сажей замазали – чернющее…
– Крови нет! – Андрей отчаянно орудовал в санитарном рюкзаке.
– Бери у меня. – Сталкер закатал рукав. – Первая отрицательная – универсальная. Давай напрямую!
– Без понтов – руки надо штопать. Вытечет.
– Твою мать! Да затяни потуже…
– Нельзя – некроз начнется!
Мужчины суетились вокруг умирающего, пока Андрей быстро орудовал кривой хирургической иглой с кетгутом, зажав в зубах шприц с противостолбнячным. Разорванные вены предательски соскальзывали, уходя под кожу; здесь требовались навыки, которых ни у кого из них не было.
– Пусти.
Аня, с черными кругами под запавшими глазами, взяла иглу, отодвинув Андрея в сторону.
– Делай переливание. – Медицинскими зажимами она быстро стянула рваные края, цепляя их иглой со скоростью швейной машинки. – Поживей!
Она латала Барта, мужчины носились на подхвате, толстяк с охранником наблюдали со стороны. Хмурое, безрадостное утро принесло с собой холод. Пережившие эту долгую ночь люди уже не держались на ногах, но мороз подгонял их, лишая последней надежды на отдых.
Аня вытащила англичанина с того света. Его положили в одной из пустующих палаток, укутав одеялами, и девушка осталась при нем дежурить, коротко поинтересовавшись у Грохи, где Антонина. А когда услышала его рассказ, брови ее приподнялись от удивления:
– С чего бы это врачу бояться вида крови?
Семен осторожно пожал плечами:
– Может, не крови, а того, что сделала с ним?
– А он лежал и ждал, пока она закончит! – усмехнулась девушка. – Тоня здесь ни при чем: он сам себе вены разодрал собственными ногтями. Один вообще с мясом вырвал – я его в ране нашла, когда обрабатывала.
Ошеломленные люди молча смотрели на девушку, пытаясь представить, что творилось в голове у англичанина, из-за чего он такое с собой сотворил. Они так ничего и не надумали и молча разошлись в разные стороны. По пути Андрей перехватил Гроху и тихо спросил:
– Как умер ее сын?
– Он не умер. – Семен оглянулся вокруг и понизил голос, что никто не слышал. – Суицид.
– Вены вскрыл?
– Не помню… – замялся Гроха. – Кажется, да.
– Она его первой обнаружила?
– Да.
– А из-за чего?
– Ну, там темная история… – попытался отмахнуться Гроха.
Андрей спокойно смотрел на него, ожидая продолжения. Семен поморщился:
– Он был наркоманом со стажем. При вскрытии нашли следы специализированного препарата, который применяется в медицине. Антонина тогда работала главврачом в очень крутом медицинском центре – там, где весь наш бомонд лечится.
– Ну?
– В общем, либо следователь попался настырный, либо под нее копали: проверили больницу – вскрылась крупная недостача.
– А у нее доступ к препарату, естественно? – кивнул Мельниченко.
– Естественно. Но у нее, судя по всему, еще и очень серьезные покровители, потому что ее зам покончила с собой и перед смертью якобы оставила признание, что это все она сама. Разразился скандал, дело с большим трудом замяли, ее – сюда. Причем все упоминания о ней из дела изъяли, будто ее вообще в этой больнице не было.
– Но следы в СБУ, конечно же, остались?
Гроха усмехнулся:
– Конечно, остались!
Андрей напряженно о чем-то размышлял.
– Собирай всех, нужно уходить, – наконец бросил он Семену. – Готовьте переноску для Барта. Я скоро буду.
* * *
Из ледяного марева тумана выплывало, словно огромный корабль, древнее каменное сооружение, поблескивая зеленоватой дугой открывшегося портала. На потемневших от времени ступенях, несмотря на трескучий мороз, притулилась одинокая женская фигура в легкой нижней одежде, прижав лицо к коленям. Она не обратила никакого внимания на осторожно приблизившегося к ней мужчину и никак не отреагировала на его зов.
– Антонина, ты как? – вновь окликнул он ее.
Он снял с себя куртку и набросил ей на плечи, отметив про себя, как застыло ее твердое, словно высеченное из дерева, тело.
– Я знаю про твоего сына. – Мужчина внимательно наблюдал за ней, и ему показалось, что она чуть пошевелилась. Он кивнул в сторону прохода. – Там тебе станет легче. Тебе помогут.
Женские плечи задрожали. Рыдания сотрясали ее тело. Мужчина протянул руку к ее плечу, но коснуться не решился.
Женщина медленно подняла голову: она не плакала. На заострившемся от порока лице с уродливым крючковатым носом, походившим на клюв, играла ухмылка.
– Пожалеть меня пришел?! Ну, ты – неисправимый баран!
Мужчина
