Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
Амтант хотел что-то возразить, да не успел: из дыма и пыли, пошатываясь, выскочил Серега Гнездилов. Тяжеленный «пермендюр» заставлял его крениться, будто он тащил ведро с раствором. Из правого уха у Сереги текла кровь.
– Да ты ранен! – Костя потянулся к аптечке.
– Да какая это рана?! – закричал в ответ Гнездилов, размазывая кровь по щеке. – Скорее контужен.
– На хоть! – Костя сунул ему клочок ваты и флакон с зеленкой и тут же отвлекся: в разрывах дыма мелькнул кто-то.
Когда же он повернулся и снова посмотрел на Гнездилова, тот был весь зеленым с ног до головы и с блаженной улыбкой на губах продолжал мазаться, словно в этом заключался смысл жизни. Белыми остались лишь ресницы и макушка на голове.
– Хозяин!
Но недаром Костя целился в развалины Военной школы: оттуда вынырнул «протеиновый матрикс», то бишь гребнистый «песиголовец». Они выстрелили одновременно. Запахло озоном. Костя попал «протеиновому матриксу» в крыло, а тот в свою очередь запустил ветвистую молнию прямиком в Амтанта, благо он оказался самым высоким. «Бах-х-х! Бах-х-х! Бах-х-х!..» – Костя разделал «протеинового матрикса» под орех: в одну сторону отлетела блестящая кираса, в другую – набедренники и крылья.
Амтант наклонился и потряс головой:
– Левая полуось моста сгорела. Сейчас… заменю…
Пришлось Косте отстреливаться теперь уже из «пермендюра». Драгоценные заряды потратил на банальную перестрелку. В ответ из дыма периодически вылетали белесые шары, но ни один из них не достиг своей цели. Амтант стоял как парализованный. Через целую минуту он произнес загробным голосом:
– Действую… действую… действую! Можно бежать!
Костя с облегчением вскочил, и они понеслись дальше, пересекая развалины Сената поперек. Если Костя и Серега делали три здоровенных шага, то Амтант – один маленький, поэтому он каждый раз останавливался, поджидая их.
– Сейчас ударим со стороны Арсенала! – прокричал Костя.
– А? Что ты сказал? – переспросил контуженный Гнездилов.
– Хорошо бы! – радостно согласился Амтант. – Только… только… только это ничего не даст!
– Почему? – Костя даже притормозил от удивления и, споткнувшись о глыбу кирпичей, сцементированных раствором, едва не упал. Перспектива свалиться еще раз в какую-нибудь трещину пугала его больше всего.
Гнездилов с удовольствием бухнулся рядом и снова стал мазаться зеленкой. Пришлось Косте отобрать ее у него.
– С детства люблю запах зеленки, – признался Гнездилов. – Чуть ли не пил ее, мать по шее давала. Поэтому у нас зеленки никогда не было. А йод мне не идет. Пробовал, но не идет, не тот букет.
Костя посмотрел на него и засмеялся. Гнездилов засмеялся минутой позже. Даже Амтант хихикнул, хотя, конечно, ничего не понял из услышанного, потому что был из другой культуры.
Взрывы прекратились. Должно быть, «жабаки» и прочие обитатели «тарелки» захватили развалины Военной школы.
– А вояки из них аховые, – высказался Гнездилов.
Костя с тревогой подумал, что Верка с кошкой наверняка убежала к Тайницким воротам. Хорошо бы так, а если не убежала? Нет, Верка не дура, она сообразит. Она шустрая. Да и кошка Дуська не даст ей наделать глупостей.
Амтант вдруг поведал кающимся голосом:
– «Тарелка», как я слышал, защищена магнитным полем.
– Как ты сказал?! – воскликнул Костя.
– Защищена магнитным полем…
– А что ж ты раньше молчал?!
– Так кто ж знал… что мы будем пулять по «тарелке»? Я думал, по «жабакам» и по «протеиновым матриксам».
Хотел Костя выругаться, да не смог. Сам виноват, подумал он, полез, не разобравшись, как Софринская бригада, как генерал Берлинский, который сунул меня сюда на убой.
– Единственное слабое место – вход в «тарелку», – сообщил Амтант все тем же кающимся голосом.
Несомненно, он понимал свою вину, но от этого было не легче.
– Куда? – Костя едва не уронил «пермендюр» в какую-то темную расщелину, но в последний момент ухватил его за ремешок. Сердце у него екнуло. Он с трудом вытянул тяжеленный «пермендюр» и сразу устал, словно тащил трактор из болота.
– Ну, туда, откуда они выходят, – упавшим голосом пояснил Амтант.
– Отлично, сейчас туда и врежем! – обрадовался Костя, выпрямляясь.
Пот у него катил по лицу. Колени предательски тряслись. Поясница разламывалась, но Костя не обращал внимания на такие мелочи.
– По «тарелке» стрелять бесполезно. Они ее уже отремонтировали, – стал рассказывать Амтант. – Они ж когда упали, то стали запрашивать помощь, я так думаю, и солдат, то бишь нас, поднапрягли. У меня большие подозрения, что «жабаки» нас с собой не возьмут.
– Почему? – спросил Костя,
