Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
что внутри бочки стало на столько-то человек больше. Вроде как обновил «точку отката». Так вот с контуром то же самое.
Дальше представь, что мы внутри бочки решили забраться в пузырь, и для того, кто следит за ней снаружи, ничего нового не происходит, никто в бочку не влез, никто не вылез. Постоянство контура не нарушено. На наши попытки он не обратит никакого внимания, следовательно, и записей никаких делать не будет, тем более что мы априори не в состоянии проникнуть в пузырь. Однако правила игры позволяют нам, так сказать, уменьшить поверхностное натяжение пузыря и пошарить в нем руками, не нарушая его целостности. Ферштейн?
– Ага, и когда воду будут мутить обратно, все внутренности пузыря останутся нетронутыми?
– Именно. Пузырь так и останется пузырем, с ним ничего не произойдет. А теперь представь, что в пузыре лежит маленький фонарик и его свет проходит через оболочку пузыря, так же как радиосигнал от рации солдата к нам. Но этот же свет не пройдет через стенку бочки.
– Понятно. Но, Птица, я тебя предупреждаю, – Крюк сделал страшные глаза, – если ты накосячишь, то я тебя порву на кусочки.
– Если я накосячу, то нас порвет на атомы. Пошли?
В ангаре царило уныние. Серый отключился – несмотря на все свои заверения о сносном самочувствии, выглядел он паршиво. Монгол заходился в агонии, а вот Мэг была жива, более того, Крюк и Птица обнаружили ее в сознании. Первым порывом Птицы было рассказать Мэг о том, что они задумали, но Крюк не дал умнику мучить девчонку. Больше всего на свете ей сейчас хотелось умереть, Крюк знал это наверняка, но выстрелить в нее не смог. Вместо этого, отодвинув Птицу, он пообещал ей: «Все будет хорошо», поцеловал в щеку и всадил в плечо лошадиную дозу противошокового, собранного у зомбяков. Лекарство, конечно, из прошлого века, но ей самое то будет, сутки в коматозе проваляется, а может, и больше, к тому времени и ситуация прояснится.
Птица немного побурчал, но в итоге с Крюком согласился. Тем более что Крюк, не теряя времени, двинулся к «полю артефактов» – как ни крути, а весь последующий план зависит от того, удастся ли добыть сырье для пробойника.
Крюк выглянул из ангара и огляделся. Убитый полтора часа назад зомби никуда не делся, валялся в пяти метрах от входа. Гаражи справа и площадь по левую руку уже не казались такими зловещими, как раньше. Куда больше пугал темный зев проходной прямо по курсу.
Массивная ручка с резными наконечниками, наследие былой славы завода-гиганта, теперь пугающего своей близостью. Где-то там в подвалах Мэг и Монгол навсегда уходили в синий и мертвый туман. Но чем бы он ни был, Крюк его не чувствовал даже через «глаз химеры».
– Это та самая дверь, – вылез из-за спины Птица. Столько раз виденная во сне, дверь выглядела прозаичной и блеклой. То, что столько раз ассоциировалось со смертью товарищей, было всего в десятке метров впереди.
Крюк первым шагнул внутрь и остановился, давая глазам привыкнуть к темноте, даже после сумеречного света контура в зале оказалось темно, тем более что единственный источник света – дверь – перегородили их собственные фигуры.
– Присядь, – шепотом приказал Крюк. Во сне вроде бы зомбяков внутри не предполагалось, но лишний раз подстраховаться не помешает. Крюк осторожно продвинулся вперед. – Посиди здесь, я тебя позову.
Дорогу перегородила вертушка, древняя, металлическая, предназначенная для избирательного прохода в святая святых завода. Крюк толкнул ее рукой, от длительного бездействия механизм заклинило, но размеры позволили беспрепятственно пролезть сквозь проем. Махнув рукой Птице, чтобы подтягивался, Крюк заглянул в коробку вахтера и, не обнаружив ничего подозрительного, шагнул еще дальше.
Плоти зашуршали по расписанию – на лестнице, как и рассказывал Санитар. Крюк с удовлетворением отметил, что не зря гонял Алекса по его снам, теперь он знал, где и какая их поджидает опасность.
– Дверь внизу открыть сможешь? – запоздало опомнился Крюк, держа ступени на прицеле.
– Могу, – ответил умник. Его карту с кодами к замкам внутри «мешка» отобрали сектанты, но Птица своевременно позаимствовал такую же у Монгола, когда того приволок Серый.
– Давай, – скомандовал Крюк.
Тварь затаилась, то ли почуяла опасность, то ли просто вычисляла, где прячется враг. Но надолго ее терпения не хватило, спустя десять секунд послышался дробный стук клешней о бетон, семейство плотей выходило на охоту. Как и ожидал Крюк, навстречу ему выползла хромая свиноматка с парой отпрысков, автомат старателя выдал две короткие очереди, и молодняки завертелись на месте, истекая кровью. Крупная плоть бросилась в атаку, но глаза Крюка уже привыкли к свету, а автомат удобно располагался
