Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
в руках – на этот раз очередь была длинная, с каждой пулей тварь теряла скорость и, не дойдя до Крюка трех метров, вовсе замерла. Навсегда.
Крюк перезарядился и двумя одиночными выстрелами добил полумертвых подростков.
– Птица, ты там скоро?
– Уже, – выполз из подземелья умник. – Я ждал, когда ты закончишь.
– Молодец, – похвалил Крюк и потрусил по ступеням вниз.
Дверь за собой они закрыли, так все-таки спокойней. Тихо пискнул магнитный замок, сообщая, что выход задраен, впереди обнаружился коридор, который через десять метров прерывался боковым отводом. Крюк, обогнув несколько мелких аномалий, остановился около него. Птица замер рядом.
– Ну, что, профессор, видел когда-нибудь такое? – улыбаясь, спросил Крюк.
– Как мы туда попадем? – вместо ответа заскулил Птица. Узкий проход в зал, заполненный артефактами, напрочь перекрыла «мясорубка», и просочиться мимо нее не представлялось возможным. Дорога до заветного места оказалась самым простым событием за все путешествие по контуру. И вот когда вожделенное «поле артефактов» находилось уже на расстоянии вытянутой руки – такой облом!
– А ты что же думал, здесь тебе ковровая дорожка лежит? – усмехнулся Крюк. – Милости просим? Нет, брат, здесь полгода военный гарнизон кантовался, они артефактами торговали еще похлеще нашего, так неужели ты думаешь, что они не растащили бы «поле артефактов», если бы смогли?
Крюк вытащил из кармана и бросил в аномалию несколько болтов, окончательно определяя ее границы. Каждый раз «мясорубка» недовольно искрила, ударяла острой молнией в цель, после чего выбрасывала ее наружу, уже переплавленную в бесформенную массу.
– Да ты на стены-то глянь, – добавил Крюк.
А стены вокруг «мясорубки» изрядно покрыты перегорелым фаршем, иначе черно-бурую жижу, размазанную по стенам, не назовешь, впрочем, слово «фарш» было недалеко от истины.
«Мясорубка» снова недовольно стрельнула, на этот раз по собственной инициативе, заставив волоски на коже встать дыбом. Птица испуганно отшатнулся.
Теперь таких аномалий в Зоне днем с огнем не сыщешь, некоторые старатели годами ее бороздят и ни с чем подобным не встречались. «Мясорубки» в чистом виде пропали несколько лет назад, по странному стечению обстоятельств в то же самое время, когда в Зоне появились «вороньи карусели», что дало повод считать эти аномалии родственными. Даже название «мясорубка» долгое время использовалось как синоним «вороньей карусели». Связь между аномалиями так и не нашли, но кое-кто не оставляет попыток это сделать. Впрочем, знаний Птицы хватало с лихвой, чтобы понять: вход в зал запечатан намертво.
– Что, все? Хана нам?
Крюк мог бы ответить сразу, но не стал. Теперь, когда Птица осознал, что ему придется остаться в контуре и ожидать в неизвестности своей дальнейшей судьбы, выражение его лица изменилось от бесконечно оптимистического до скорбного. Это ничего, это даже хорошо, пусть прочувствует, что иногда Зона обламывает рога упертым баранам.
– Крюк, а может, стену взорвать?
– Ага, у тебя есть две тонны динамита? Это бомбоубежище, если ты забыл. Чтобы взорвать такую стену, надо завалить все здание.
– Тогда что делать?
Все, готов, понял Крюк. Можно вынимать из огня и подавать на стол.
– Не дрейфь, Птица, я знал, что здесь «мясорубка». В отличие от тебя я во сне пялился не на артефакты, а на стены вокруг. Неси сюда весь хлам, что сможешь собрать, особенно железо.
– Да здесь железа нет почти, – оглянулся Птица. – А что мы делать будем?
– Будем пробираться внутрь. Неси железяки из коридора, там два ведра валяются, и огнетушитель на стене висит, тащи их сюда. И плотей, которые поменьше, короче, все, что сможешь принести, сгодится.
Птица послушно подорвался, но на полпути замер:
– Слушай, а там никого больше нет?
– Не должно быть, но автомат на всякий случай держи наготове. Иди, Птица, не тяни резину.
Пока умник стаскивал все, что могло хоть на чуть-чуть разрядить аномалию, Крюк вытянул из рюкзака сверток, упакованный настолько плотно, что при желании им и голову разбить было можно. Но даже при такой плотности предмет занял половину пространства в котомке, потому что сверху Крюк обернул его пуленепробиваемым кевларовым листом, чтобы не дай бог за время пути шальная пуля не попортила ткань. Даже маленький порез на ней делал дорогущую вещь абсолютно непригодной для той роли, которую Крюк ей отвел. Это был улучшенный костюм ученых СЕВА-100, модифицированный специально по заказу Крюка. Некто Алхимик, странный старатель,
