Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
в спину, – вставил вдруг Краб, давно прислушивающийся к разговору.
– Поговорить захотелось, да, Краб? – Проводник явно обрадовался. – Полчаса на то, чтобы перекусить и сменить повязки. Ты точно в порядке, Очкарик? – спросил Грек, заметив, как Ника поморщилась, неудачно поджав ногу.
– Я в порядке, – ответила она.
Спустя полчаса они гуськом двинулись в путь. На этот раз Грек поставил замыкающим Макса, сам пошел первым. Он натянул на голову вязаную шапку, чтобы бинты не так бросались в глаза.
– Видишь вешки, сынок? – Проводник показал Нике, идущей следом за ним, ряд колышков, вбитых в туман. – Вот по ним и иди. Но помни: это только пометки, чтобы не угодить в трясину. Самую обычную, сынок. Все, что касается аномалий, это отдельный разговор, сынок.
– И все-таки!.. – Макс полез в бутылку. – Хотя бы приблизительно, чего бояться?
– Тебе, Макс, нужно опасаться всего. Но первоочередная задача – обойти убогого без проблем. Твое дело в том, чтобы назад почаще оглядываться.
Увидишь, что он вскинул автомат, – стреляй первым. Задача ясна?
– Предельно.
– Отлично. Смотри-ка, Макс, ты схватываешь на лету. Это еще уметь надо. Не забывай ногами шевелить и задницей двигать.
Макс пробурчал себе по нос что-то, по всей видимости, оскорбительное для проводника. Однако этот выпад остался тайной для всех, исключая его самого.
Убогого – так со знанием дела назвал его Грек – удалось миновать без проблем. Широкоплечий мужчина в поношенном комбинезоне, с отсутствующим взглядом глубоко посаженных глаз и трясущимися губами, не обратил на них внимания. Тяжелые ботинки месили грязь. Он глубоко вздыхал, ходил кругами, глядя себе под ноги, словно пытался отыскать что-то потерянное.
Ника шла за Греком, погружая ноги в туман. Каждый раз она испытывала неприятные ощущения. Ей казалось, что там, внизу, ничего не было, кроме плотного серого дыма, что еще шаг – и она провалится в пустоту. Как ухитрялся Грек находить дорогу там, где не было ни неба, ни земли, осталось для девушки загадкой. Однако они продвигались вперед, и каждую вешку, выплывающую из тумана, Ника считала подарком.
Болото пульсировало. Время от времени из плотного дымного облака вылетали белесые протуберанцы и медленно таяли без следа. Купол неба, накрывший болото, уступал по насыщенности светом туману, стелющемуся под ногами. Серый цвет бледнел, наливался изнутри сиянием. Казалось, солнце переместилось под землю и теперь светит оттуда, наполняя белизной плотный туман.
Сколько времени продолжался этот бесконечный переход в никуда, она не знала. Ничто вокруг не менялось, и часы, как решила девушка, нещадно врали. Даже вешки, удивительно одинаковые, создавали впечатление замкнутого круга.
Ника не сдержала вздоха облегчения, стоило ей увидеть поднятую руку проводника. Только тогда девушка выглянула у него из-за спины. До этого она в прямом смысле шла след в след, ступая в дырки, оставленные его ботинками и еще не успевшие затянуться.
Туман раздвинулся. Посреди болота вырос сравнительно сухой остров, покрытый пучками остролистой осоки и стволами тонких деревьев, лишенных листвы.
– Привал, – негромко скомандовал Грек и первым сел на траву.
Ника не заставила просить себя дважды. Она села и вытянула вперед ноги. Ныло содранное бедро. Теперь, после трехчасового перехода, давало о себе знать и колено.
– Не понимаю. – Макс прожевал кусок галеты и запил водой. – Объясни мне, Грек, почему люди нагоняют столько страху по поводу этих болот? Сколько идем, и никаких аномалий. Ни этого, как его, батута – я имею в виду противоположность гравиконцентрату, когда исчезает сила тяжести, – ни каруселей, ни мышеловки…
От неожиданности Ника вздрогнула и уставилась на Макса. Он продолжал обычную болтовню, ни на кого не обращая внимания. Складывалось впечатление, что и в ответах парень особенно не нуждался, а говорил ради того, чтобы лишний раз послушать, как звучат его мысли вслух. Если бы Грек страдал таким же недержанием речи, то при его опыте весь поход в Зону превратился бы в одну нескончаемую лекцию.
– Не каркай, – запоздало отмахнулся проводник, потом открыл аптечку, забросил в рот несколько таблеток и запил их водой.
– Я не каркаю, – сказал Макс. – Просто интересно самому сделать вывод, а не принимать на веру все эти сталкерские басни. В принципе, если подвести первые итоги, что мы имеем? Да, в Зоне есть аномалии. Гравиконцентраты, вакуумные ямы – не отрицаю. Откуда что взялось – отдельный вопрос. Что у нас дальше? Та деревня с изуродованными телами, в которой якобы водятся живодеры? Не знаю, не видел. То, что там случилось, вполне может быть делом рук обыкновенных
