Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
Но вдруг тьма словно отступила, и буквально в нескольких метрах обозначился серый призрак развалин. Рядом с ними крылом, уставившимся в небо, стоял шлагбаум.
Сразу за развалинами Краб остановился.
– Ну все… Очкарик. Прощай, – тихо сказал он, порылся среди камней и протянул ей заплечный мешок, стянутый веревкой у горловины. – Там фонарь, бинт, пара банок тушенки, фляга, нож. Твой пистолет тоже никто не взял. Правда, с одной обоймой. Это все, что могу.
– Спасибо, Краб. – Она взяла мешок.
– Ты уж постарайся уйти подальше. Не знаю, правда, как это в темноте. Эти завтра охоту начнут. Если прямо отсюда пойдешь, то к бару «Сталкер» и выберешься. Здесь недалеко. Постарайся… Очкарик.
– Я постараюсь. Не боишься, что на тебя подумают приятели твои? Все-таки этот, у двери, тебя видел.
– Не боюсь. – Краб загадочно улыбнулся. – Не все «патриотовцы» такие звери, как думаешь. Некоторые тебя защищали. Слышала бы ты как! Но Сэмэн сказал, и те, кто не согласен был, затаились. В «Патриоте» тоже не все гладко. Хватит об этом. Ты сказать-то можешь, зачем тебе Зона понадобилась?
– Не могу, а обманывать тебя не хочу.
– Ладно. Проехали.
– Краб, а ты Максу с Греком помочь можешь?
– А если я не хочу им помогать? – Он вскинул на нее колючие глаза.
Она коротко вздохнула и сказала:
– Знаю, бесполезно что-либо говорить. Ты все равно останешься при своем мнении. Просто подумай о том, что Грек спас тебе жизнь, да и не один раз. Поразмысли об этом, Краб. Я не знаю, что для тебя сделали твои друзья из «Патриота», но их благодеяния наверняка должны перевесить помощь Грека. Как бы он к тебе ни относился, но спас тебя. Хотя бы пообещай мне, что ты постараешься что-нибудь для него сделать.
– Это я могу. А ты мне пообещай, что никому и никогда не расскажешь о том, что я тебя спас.
– Хорошо, – согласилась она.
– Другому… другой женщине я не поверил бы. Тебе – да.
– А ты ничего парень, Краб.
Они помолчали.
– Прощай.
– Прощай… Очкарик.
Ника достала фонарик, переложила за пояс пистолет, взвесила на плечах полупустой мешок и пошла прямо, туда, где по указке Краба должен был находиться бар.
Напрочь забывшая о том, что находится в Зоне, – кругом кусты как кусты, – Ника шла вперед. Огромная крыса, перебежавшая дорогу, несколько отрезвила девушку.
Ника привычно коснулась нагрудного кармана и поморщилась. Проклятые «патриотовцы» оставили ее не только без карты Зоны, которую она берегла как зеницу ока. Они не побрезговали даже влажными салфетками, которые девушка носила с собой. Теперь за ребят из «Патриота» можно было не волноваться. Их руки останутся чистыми даже после… Нет, о Максе с Греком она думать не станет.
А карта пропала, так не беда. Стоило Нике сосредоточиться, как лист бумаги, затертый до дыр, вставал перед ее глазами, постепенно обрастал подробностями. Когда они проявились, Ника остановилась как вкопанная. На кой черт ей сдался этот бар «Сталкер»? Он располагался на юге, в то время как ей нужно на запад. Девушка словно воочию увидела тот самый злополучный ангар, помеченный на карте. Туннель, уходящий в подземный бункер, там не значился, но кое-какие сведения о подземной сети у Красавчика имелись. Особенно это касалось той ее части, где они спасались от выброса.
Ника соотнесла свое местонахождение с картой и постаралась мысленно разработать новый маршрут. Насколько она помнила, отсюда прямой дороги не было. После ангара следовала каменная гряда, отмеченная значком «непроходима». Значит, делать нечего, нужно идти на юго-запад вплоть до деревни Касово, а оттуда по шоссе рукой подать до Боровой.
Девушка так и сделала, повернула направо и пошла, высвечивая себе путь фонариком. Луч света с трудом проникал сквозь густую, почти осязаемую тьму. Батарейки быстро садились. Фонарь уже едва обозначал дорогу среди близко растущего кустарника. Ни ветра, ни движения. Мертвая, тревожная ночь. Исчезли даже запахи.
Упрямо двигаясь вперед, Ника и не заметила, как переложила фонарь в правую руку, а в левой сам собой возник пистолет. Потом ей стало не по себе. Она шла и шла, а вокруг были все те же кусты, похожие друг на друга как две капли воды. Почти без листьев, с выставленными в небо ветвями, покрытые острыми шипами, прямо как розы.
Чем дальше Ника уходила, тем яснее выступала на первый план нехорошая мысль. Дежавю. Разве не здесь она была пару минут назад? Складывалось впечатление, что девушка не продвигалась вперед, а топталась на месте. Под ее ногами с завидным постоянством крутилась дорожка тренажера, только обставленного богаче, чем в спортивном зале.
Ника даже обрадовалась, когда перед ней возникла комариная
