Цикл романов З.О.Н.А. Компиляция. Книги 1-17

разрывалось от жалости.
Девушка тяжело опустилась на колени, не отрывая глаз от слепой морды.
– Зачем… Красавчик, зачем? – с трудом спросила она.
– Это же тварь, Ника. Я просил тебя: прогони ее, раз уж ты убедила себя в том, что она тебя слушается. Это мерзкая скотина, Ника. Она действовала мне на нервы.
– Ты убил мою собаку. – Девушка достала из мешка бинт, размотала его и приложила к ране.
– Успокойся. – Красавчик подошел к ней, стараясь держаться подальше от издыхающей собаки. – Это всего лишь тварь. У тебя истерика, Ника. Она пройдет.
– Она спасла мне жизнь, Красавчик, да и тебе тоже.
– Оставь эту чепуху. – Он повысил голос. – Пойдем. Поднимайся, дай мне руку.
Он протянул ей ладонь, но Ника не обратила на это внимания. Она сидела и смотрела на то, как быстро слои бинта пропитались кровью. Животина тихо скулила.
– Собака – все, что у меня было, Красавчик.
– Не много, однако. – Он усмехнулся и с тревогой взглянул на небо. – Ну же, Ника! Хватит психовать. Скоро выброс, а нам еще надо успеть добежать до леса. Видишь? – Сталкер мотнул головой. – Там склад МТС, а внизу вход в подземелье. Надо поторопиться.
– Ты убил мою собаку.
– Очнись ты! – крикнул он, подскочил ближе и вздернул ее за грудки. – Выброс! Дура! Шевелиться надо! Нашла кого жалеть. Ты по живодеру еще поплачь!
– Руки, – тихо сказала она, и в живот Красавчику уперлось лезвие ножа. – Убери руки.
Он медленно разжал кулаки, отступил и угрожающе прошипел:
– Последний раз спрашиваю, пойдешь?
Ника посмотрела на него долгим пустым взглядом и повернулась к собаке.
– Как знаешь. – Красавчик устало махнул рукой и пошел прочь, прижимая к боку автомат.
Собака стонала, как человек. Ника села перед ней и положила безглазую морду себе на колени.
На горизонте заворочалась плотная густая масса. От центра к краям прошла крупная рябь, сморщила пласты, закрутилась, намечая границы будущей спирали, добралась до краев и взяла их в оборот, отрывая от туч лохмотья серой пены. Тяжелое небо зашевелилось, разгоняя черные слои. Тучи клубились. Они нехотя двинулись по кругу и потекли, подгоняемые ветром, постепенно набирая скорость. Воронка скручивалась, стягивалась, сжимала тучи в плотные клубы. В ее центре зияла черная дыра, подсвеченная искрящимися разрядами.
Красавчик давно скрылся в темноте.
Ника сидела на земле, прижимая к груди безглазую вздрагивающую собачью морду. Пальцы обжигала чужая кровь.
Угасал свет. Затихали шумы.
В небе стремительно закручивалась спираль грядущего выброса.

© Колентьев А., 2013
© ИК «Крылов», 2013

Холодная дождевая капля, пробравшись в глазницу маски, повисла на ресницах, отчего еле заметная тропка в стоящем стеной сухостое подернулась мутной пеленой. Не двигая головой, я крепко сжал веко и спустя секунду снова открыл глаз. Пелена пропала, дождь тоже стих так же быстро, как и начался.
В наушнике зашуршало, тихий голос Норда сообщил:
– Два и шесть, дистанция – три косых.
Я сжал пальцами тангенту рации так, что получилось три длинных щелчка. Это означало, что пока шуметь не будем. Пусть «свободные» подойдут поближе, три сотни метров – слишком далеко. Может быть, они идут своей дорогой, а те, кто упал нам на хвост двое суток назад, потерялись в топи, которая поглотила все, что оставалось от комплекса «Янтарь». После событий на атомной станции и закрытия порталов Зону лихорадило месяцев восемь, может быть даже чуть больше. Рельеф где-то провалился, как это случилось на Свалке, а где-то словно бы по мановению невидимых исполинов образовались высокие холмистые сопки. Большая часть инфраструктуры вместе с дорогами и небольшими поселениями вольных старателей