Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
мы тебя прикроем. Да пошустрее, блин!
Зинчука подгонять и не надо было. Он принялся ползать по выжженной земле и ловко сгребать кубики в захваченный для этой цели пустой рюкзак, зорко поглядывая по сторонам и отстреливая слишком близко подобравшихся хуги.
Впрочем, «голодные» на рожон не лезли. Они выжидали благоприятного момента для удара — как это получилось с Малым.
Нет, кем-кем, а дураками «снежные люди» точно не были.
Внезапно неподвижный до сих пор камень дрогнул и резко просел вниз, не долетев какого-то метра до земли. К счастью, никто не пострадал. Док стоял не в полный рост — ползал на карачках, собирая золото. Пыра и Медяк были чуть в стороне, а тезка к тому же вообще распластался на земле за пулеметом.
Каменный шар, зависнув на метровой высоте, стал издавать странные свистящие звуки и мелко-мелко дрожать, будто из последних сил удерживаясь в воздухе. На земле под ним оставалось еще более десятка кубиков — почти четверть от общего количества.
— Уходи оттуда, Док! — завопил я. Хватит с него и того «золота», что успел собрать. Если не уйдет, утащу силой!
Но силовых мер с моей стороны не понадобилось. Зинчук, конечно, был подвинут на своей обожаемой науке, но жить-то он хотел, поэтому шустро выбрался из-под шара.
— Куда?! — завопил на него Медяк. — А остальное золото?
— Опасно. — Док указал на трясущийся камень.
— Фраер! В штаны наложил! — окрысился тезка. — Тогда я сам. Пыра, держи пулемет!
Вася занял место Медяка, а тот перекрестился и нырнул под шар. Принялся грести золотистые кубики вместе с землей и совать их за пазуху комбинезона.
— Мое… Это золотишко мое, — приговаривал он.
Шар трясся и свистел все сильнее.
— Брось! — закричал Пыра. — Серега, уходи!
— Сейчас… Еще один остался… — Ухватив последний из кубиков, Медяк на четвереньках потрусил из-под камня.
Он не успел совсем чуть-чуть — махина рухнула, придавив ему правую голень. Грохнуло, будто обвалился дом. Землю тряхнуло. И одновременно раздался дикий крик Медяка, заглушивший все звуки вокруг: и басовитое пение пулемета, и рассерженное стрекотание наших с Доком автоматов, и вопли возмущенных нашим поведением хуги.
Крик взлетел до немыслимой ноты и оборвался — Медяк потерял сознание от боли. Его раздробленная, расплющенная голень прочно застряла под камнем. Теперь, чтобы сдвинуть Серегу с места, пришлось бы сначала отрезать ему ногу по колено.
М-да… Как говаривала одна моя знакомая продавщица: «Жадничать не вредно, но в особо крупных размерах смертельно».
Пыра бросил на Медяка злой и одновременно сочувствующий взгляд и крикнул мне:
— Бедуин! Уходить надо. Патронов в ПК мало совсем. А без него из села не вырвемся.
Это точно. Пулемет — наш единственный и главный козырь. А без него нам кирдык. «Сектыр башка», как любила повторять одна моя знакомая узбечка.
Док посмотрел на Медяка, на Кузю и отвернулся, отлично понимая, что с собой мы их не возьмем. Не сможем. Нести такой груз у нас нет возможности.
Пыра вновь окликнул меня:
— Бедуин! Ну, так что? Медяк мой, а Кузя твой?
Я кивнул.
Кузя Левша сразу уяснил, о чем идет речь. Посмотрел на меня с ненавистью и пониманием.
— Прости, братишка. — Я приставил пистолет к его голове.
Док не смотрел на нас, делая вид, что целиком сосредоточен на стрельбе, но я видел, как стиснуты его зубы, а желваки перекатываются под кожей.
По измазанной грязью щеке Кузи скользнула слеза. Я нажал на спуск.
Мой выстрел затерялся в очереди Пыры. Вася расстрелял так и не пришедшего в сознание Медяка издалека, не приближаясь, а потом, кряхтя, подхватил пулемет и подбежал к нам с Доком:
— Уходим?
— Попытаемся, — проворчал я. — Пойдем вдоль рва. Так хоть один из флангов будет прикрыт.
Теперь вместо Медяка вперед шел Пыра с пулеметом. Мы с Доком прикрывали его и с боков, и со спины одновременно. Мне пришлось дважды разряжать подствольник, хотя я собирался приберечь его заряды для моста. Не так уж много их было, тех зарядов. Ровно пять штук в одном подсумке. Теперь осталось три.
Внезапно Пыра споткнулся, задергался, словно его нога угодила в невидимый капкан, и, потеряв равновесие, кувыркнулся на землю. Пулемет отлетел в сторону и зарылся дулом в раскисшую грязь.
Оказалось, что невидимый хуги залег ничком на нашем пути. Мы стреляли в основном параллельно земле или брали чуть выше, не догадываясь, что надо утюжить еще и грязь перед собой. «Голодный» этим и воспользовался. Подпустил нас поближе и резко дернул Пыру за ногу. Прежде чем Вася успел очухаться, хуги свернул ему шею, а потом с рычанием согнул ствол пулемета дугой. Последнее потребовало
