Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
восьми часов вечера, когда сумерки сгустились и разглядеть что-то впереди без приборов ночного видения стало невозможно, Семен скомандовал привал, и я понял, что настоящая дорога начинается только теперь.
Он подошел к нам с Джеем и поинтересовался без всякого перехода:
– Видел что-нибудь необычное?
Я действительно ощущал некое присутствие, но никаких видимых следов опасности не замечал. В Зоне нет привычных примет, все меняется очень непредсказуемо. И то, что кажется опасным прямо сейчас, вполне может оказаться лишь безобидной странностью.
– Две стайки бродячих собак в расчет можно не брать. Одна точно до сих пор идет за нами, но ничего серьезного, просто рассчитывают поживиться объедками или трупом одного из нас.
Водила только усмехнулся и, взяв в горсть бороду, внимательно обвел глазами невысокие холмы где-то у меня за спиной. Поза его была расслабленной, никаких видимых признаков беспокойства я не заметил.
– С собачками это ты ловко заметил! Верно, идут за нами, но скоро отстанут. На ночлег останавливаться не будем.
– Как пойдем с грузом по темноте? Не сбиться бы с дороги.
Семен снова понимающе улыбнулся и махнул ладонью куда-то вперед. Там поднимались невысокие, поросшие чахлым леском холмы. Они тянулись вдоль узкой тропинки почти до самого горизонта.
– Тут дорога пока безопасная, текучей земли еще нет. Мы вешки ставим, их только в «ночник» углядеть можно. Фургоны в повод возьмем да и двинемся, помолясь. Накинь шлем да респиратор, сейчас буря нас догонит, будет кисло.
Наши возницы тоже спешились, мы с Анджеем помогли неразговорчивому, угрюмому подростку по имени Петря облачить двух его лошадок в защитные антирадиационные попоны с респираторами. Лошади, видимо, уже имея привычку, особо не сопротивлялись, послушно давая застегивать сбрую и бахилы. Я тоже надел маску и шлем, хотя у «сумрака» они не очень удобные. Сам шлем не тяжелый, со встроенной гарнитурой связи, более всего напоминает обычную армейскую «сферу»
. Маска у него комбинированная, с фильтрами и аппаратом замкнутого цикла, на полчаса автономного дыхания. Тут есть встроенный прибор ночного видения, но видимость так себе что с ним, что без оного. Смотровые линзы выпуклые, с антибликовым покрытием и защитными блендами. Шланг выведен назад, где под дном поилки и находится этот самый баллон автономного цикла дыхания. За время, пока носил, к весу практически притерпелся, только вот носить не люблю, где возможно обходясь простой шапкой-маской.
Когда окончательно стемнело, Семен взмахом руки дал сигнал выдвигаться. Наш проводник надел поверх комбеза немецкий плащ-накидку с рукавами и противогазом, вмонтированным в капюшон. Прогулка закончилась, об этом говорило еще и то обстоятельство, что все мои коллеги теперь не выпускали оружия из рук. Наушники шлема резали большую часть диапазона внешних звуков. Но по тому, как резко трава прильнула к земле, я понял, что поднимается ветер. Воздух, идущий сквозь фильтры, имел стойкий привкус резины и затхлости, хотя при этом был ощутимо прохладным.
– «Ночники» включаем. Начинаем движение!..
Голос Семена по общей связи звучал отрывисто, чувствовалось приближение грозы. Я переключил ПНВ в пассивный режим, все вокруг из черного стало черно-зеленым. Однако тропа впереди стала видна довольно отчетливо. А впереди через промежутки в пять-шесть метров я различил пятна какого-то изотопа или фосфорной краски. Скорее всего, это и были те самые метки, о которых говорил проводник. Петря слез с облучка и повел упряжку в поводу, крепко ухватив кобылу справа за хитро вмонтированную в хомут скобу. Мы с напарником, обвязанные страховочным тросом, двинулись следом. Анджей знаками показал, что нам следует отстать метра на три и поглядывать по сторонам и назад. Ветер усиливался с каждой секундой, а сполохи грозы становились все более яркими. Вскоре вдобавок к треску помех и вою ветра в динамиках защелкал счетчик радиации. Интенсивность излучения возросла на треть по сравнению с обычной для этих мест, но выше не поднималась. Холмы постепенно становились все выше, и вскоре идти стало легче, потому что они заслоняли тропу от ветра. Страховочный трос и не оставлявшее меня чувство близкой опасности не давали погрузиться в мерный ритм ходьбы. Я постоянно то смотрел под ноги, то оглядывался по сторонам. Чахлый лес на склонах холмов не мог бы скрыть засады, но ночью к нам можно было подобраться относительно легко.
Так продолжалось довольно долго, пока эфир не разорвал хриплый окрик Семена:
– Сто-оп!.. Все стоим, никто не двигается, смотрите по сторонам!..
Обоз
