Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
помощью вешки ее не сразу удастся заметить. Вывинтив запал, я положил холодный кругляш в кармашек разгрузки, а сам запал разобрал и рассеял среди обломков. Может быть, там все нормально, однако привычка – это вторая натура, и за долгие годы я никогда не пользовался запалом, снаряженным кем-то еще. Подрывники очень творческий народ, каждый считает хорошим тоном придумать особо хитрую подлянку, единственную в своем роде.
Прислушавшись к окружению, я старался уловить чужое дыхание, шорох, вообще любой посторонний звук. Но слышно было только ветер, свистящий в прорехах стен, да где-то вдалеке раздавались одиночные хлопки выстрелов. На звук штурма не похоже, слишком все отрывисто. И вот это как раз и настораживало более всего. Растяжка свежая, не более суток прошло с того момента, как некто очень грамотный установил ее тут. Все чувства обострились, и пропустить чужое присутствие я никак не мог. Однако вокруг царила мертвая тишина. С того самого момента, как я выбрался на вершину холма, думать и действовать мешало тянущее чувство близкой беды. От развалин несло смертью, это определенно была западня. Об этом вопила каждая клеточка моего усталого организма, призывавшая уйти, бежать отсюда без оглядки. Но пока ничего, кроме предчувствий, не получалось противопоставить совершенно обыденной реальности. Окрест не было вообще ничего, даже захудалой аномалии не нашлось, только сырой камень и грязь. Придирчиво осмотрев вход на площадку второго этажа, я прислонил пулемет к стенке, а сам осмотрел все квартиры, чьи двери выходили сюда. Первые предположения подтвердились полностью. Этаж превращен в опорный пункт наблюдения, и довольно грамотно. Смежные стены аккуратно разобраны, проемы окон заложены мешками с набранным тут же щебнем. В северной части получившегося помещения пустой лежак и закрытый от обзора пятачок с остывшей сейчас печкой-буржуйкой. Недалеко стояла стопка закопченных котелков и четыре десятилитровые канистры с водой. Все поставлено недавно, одна из канистр на четверть пуста. Сняв перчатку, я приоткрыл дверцу печи и поворошил прогоревшие до золы угли. Едва теплые, погасли не далее чем пару часов назад. Затащив пулемет в комнату, чьи окна выходили точно в сторону ворот, я снова вышел и попытался подняться на этаж выше. Но ничего не получилось: площадку завалило очень плотно, и пролезть наверх не представлялось возможным.
Поставив три собственные растяжки таким образом, чтобы перекрыть все возможные подходы к выбранной позиции, я отжал тангенту рации на передачу и вызвал репликанта:
– Как обстановка?
Девушка откликнулась почти мгновенно, в голосе ее слышались нотки облегчения, хотя это вполне могло мне и показаться:
– Все тихо, как у тебя?
– Пока не знаю, но выбора все равно нет. Поднимайся на второй этаж, следи за вешками, что я оставил, там старые растяжки… будь внимательна.
– Хорошо. Я иду.
Чувство опасности, возникшее недавно, резкими пульсирующими волнами накатывало время от времени, мешая полностью сосредоточиться на наблюдении. Расстояние приличное, но позиция действительно отменная: дорога и сложенное из бетонных блоков заграждение видны как на ладони. Внутренний двор, небольшая площадка перед трехэтажным зданием электростанции тоже просматриваются вполне отчетливо. Жаль только, что патронов к пулемету всего сорок штук. На заставе был целый ящик, но тогда пришлось бы жертвовать скоростью. Придется тщательнее выбирать цель, благо стрелять из «крупняка» – это навык из разряда тех, которые вспоминаешь сразу, как только берешь подходящий инструмент в руки. Сзади послышался легкий шорох, я мгновенно откатился прочь от окна в угол и навел ствол на дверной проем.
Оттуда медленно показалась рука с винтовкой, а потом послышался тихий шепот:
– Не стреляй, Ступающий.
Облегчение, смешанное с досадой на невнимательность репликанта, мгновенно выплеснулись наружу.
Чертыхаясь, я вскочил и, втащив девушку в комнату, тоже шепотом сделал ей выговор:
– Какого х… какого черта ты не вызвала меня по рации?!
Но, увидев удивленные глаза Ксении и сообразив, что немного перебрал с тоном, тут же разжал хватку, одновременно подхватив выпавшую из рук девушки треногу.
Отскочив на два шага назад, репликант оправил одежду и тоже шепотом принялся быстро объяснять:
– Прости, Ступающий… это место… оно угнетающе действует на меня. Тут всюду пахнет близкой смертью. Разве ты не чувствуешь этого?
Слова девушки заставили меня немного иначе посмотреть на ситуацию. Раз иномирянка чует западню, то мне, скорее всего, не померещилось. Однако реальность выглядит совершенно обычно. Может быть, это волнение и усталость
