Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
замершей в долгом мгновении перед распадом. Еще доли секунды, и вот тело паука распалось, исчезая в облаке ошметков плоти и фрагментов брони. Не останавливаясь, я перенес прицел ниже, разворачивая ствол почти под самый обрез бруствера.
Да-да-да-ахх! Да-да-да-ахх!
Пулемет осекся, на высокой ноте сухо щелкнул боек. Все, лента вышла до последнего выстрела. Отпустив приклад и нагревшуюся коробку, я еще раз взглянул поверх опущенного ствола туда, вниз. На том самом месте, где недавно стоял, опершись о стену, раненый паук, теперь темнела неровная дыра, валялись какие-то светящиеся белым ошметки.
Сжав тангенту рации, я спросил, сам не знаю кого и зачем:
– Попал?
Но вместо голоса репликанта в наушнике раздался оглушительный вой, ничего общего не имеющий с радиопомехами. Что-то огромное заслонило оконный проем, и в следующий миг я уже летел к дальней стене, отброшенный сильным ударом в грудь. Большой черный паук в матово блестящих черных латах, покрывавших его грудь и часть головы, ворвался в комнату откуда-то сверху. Превозмогая боль, я перекатился на левый бок и, вынув пистолет, выпустил в ненавистную морду с медленно двигающимися жвалами весь магазин. Бронебойные пули с визгом отскакивали, а Ждущий в Темноте только покачивался на лапах от слабых ударов.
Сознание царапнул чужой мыслеимпульс, преобразовавшийся в слова:
– Расплата… Ты не получишь смерти воина, человек! Они ошибались, ты всего лишь…
Шесть выстрелов прогремели в наполненной оседающей пылью комнате, словно удары колокола. Паук пошатнулся, из левого бока брызнули искры вперемешку с брызгами черной крови. Очевидно, в броне была брешь. В пяти шагах от нас стояла Ксения, посылая пулю за пулей в бок ослабившего бдительность паука. Ждущий, не оборачиваясь, метнул в девушку сеть. Сгусток серой блестящей субстанции пролетел в пустоту. Репликант бросился вниз и в перекате успел выстрелить еще несколько раз. Понимая, что это всего лишь отсрочка, я высвободил автомат и навскидку стал стрелять по суставам мохнатых лап пришельца. Большей частью все ушло в пустоту, броня паука сделана на совесть, но один или два выстрела угодили в какой-то нервный узел, и задняя правая лапа подогнулась. Паук дрогнул, оседая вниз, но мгновением позже снова прыгнул вбок и…
– А-аах!
Две передние конечности, оканчивавшиеся острыми металлическими кинжалами, пригвоздили Ксению к стене. Девушка выронила винтовку, голова ее свесилась вбок. Бывает так, что в какой-то момент напряжение оставляет, струна, натянутая до предела, рвется с оглушительным звоном. И в этот момент со звоном струны приходит понимание, что дальше этого мгновения нет больше ничего. Это последняя черта, последний миг бытия, дальше только черно-красная пустота. Комната, паук и мертвая иномирянка исчезли. Все окрасилось в багрово-красный и черный. Может быть, я уже умер, а может, это время вдруг окончательно замерло в некой исходной точке, но сейчас я видел только неясную большую тень впереди и ощущал в своих руках древко саперной лопатки. Интуитивно пришло понимание, что нужно идти вперед, стоять нельзя. Каждый шаг давался с трудом, черно-красная муть вокруг сопротивлялась, как плохо сваренный кисель, она сковывала каждое движение. Вот черная тень впереди обрела четкие очертания, утратив монолитность, она распалась на пульсирующие красные дорожки, прихотливо вившиеся по ее поверхности. Откуда-то из подсознания пришла одна-единственная мысль: уничтожить свет, уничтожить тень!
Каждый шаг отнимал быстро убывающие силы, но когда есть цель, все остальное уже не имеет никакого значения. Зажав лопатку в обеих руках, я оттолкнулся от земли и прыгнул вперед и вверх. Тень обрела движение, она разворачивалась в мою сторону, но медленнее, чем я падал вниз. В какой-то миг мы соприкоснулись, я упал вперед и тут же ударил в змеящуюся прямо подо мной трещину, сиявшую багрово-красным светом. Остро заточенное лезвие прошло сквозь свет с легким сопротивлением, тень сотрясли медленные, почти что ласковые волны. Но я вынул лопатку и ударил еще и еще раз. Не знаю, сколько это длилось, но вдруг мое сознание разорвал дикий, пронзающий все существо скрежет стекла о металл. Затем последовала ослепительная вспышка белого, самого яркого света, который я видел в жизни, и глухой удар. Воздух вдруг совершенно кончился, сознание померкло.
Очнулся я от слабого дуновения ветра. Сделав судорожный вдох, ощутил пороховую гарь, запах крови и сырости. Почти не ощущая своего тела, я сделал попытку шевельнуться, и мне это удалось. Что-то было зажато в правой руке, судорожно согнув руку в локте, поднес кулак к лицу. Все плыло и кружилось, как от большой кровопотери. Это был обломленный
