Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
сталкеров действительно закрывало отличное канадское термобельишко. Оно сильно выручало их в длинных и трудных вылазках. Пот и влага от разгоряченного тела выводились наружу по специальным каналам, оставляя кожу в комфорте. В целом снаряга на обоих была неслабая, что косвенно подтверждало удачливость спарки.
— Зря растяжку у входа не поставили, — недовольно пробормотал Санай. — Теперь все время волноваться буду.
— Ну куда?.. — загорячился Сарацин. — Ты же видел, там по оврагу уже целая река течет. Поставил, а потом какая-нибудь проплывающая ветка струну обязательно зацепит. И толку?
— А что? Рванула бы, да и все! — хохотнул Санай.
Они налили в чайник воды из резервной бутыли, вскипятили на газовой горелке. Быт, конечно, примитивный, но для тех, кто бывал на природе в октябре, да еще и ночью, очень даже комфортный, почти люкс. В пластиковых тарелках заварили лапшу быстрого приготовления. Сварганили закусочку по старинному спецназовскому рецепту. Каждый вывалил себе в тарелку с засохшей вермишелью по банке тушенки, залил все это кипяточком — вот и весь рецепт.
— М-м-м?.. — Санай вопросительно мотнул головой в сторону бутылки водки, призывно поблескивающей в нише.
— Так вырубимся же оба от усталости, — для приличия возразил Сарацин. — Все равно дежурить надо. Зона же. Мало ли что…
— Да ладно тебе! Если хочешь, я первый подежурю. Заодно стволы почищу. Твои тоже. Под утро разбужу.
— Хапы, — устало проговорил Сарацин.
Это словечко в переводе со сталкерского сленга на обычный русский язык означало: «Согласен; лады; хорошо».
На небольшой фанерный столик разложили немудреные продукты: батон, печенье и соль. Санай порылся в своем вещмешке и добавил в меню для пущего разнообразия консервированную скумбрию в масле — считай, деликатес. Сарацин щедро разлил водку по мятым эмалированным кружкам, которые жили здесь, в норе, специально вот для таких случаев.
Санай еще раз помешал в горячей пластиковой тарелке тушенку, глянул на содержимое кружки и сказал:
— За Зону. Пущай нас побережет маленько!
Чокнулись. Выпили. Закусили.
— Давай сразу по второй, — торопливо пробормотал Санай, забросив в рот две ложки обжигающей похлебки. — Я всю дорогу об этом мечтал.
Сарацин улыбнулся — напряжение последних часов отпускало. Вспомнились тревожные события минувшего дня. Сначала за друзьями увязались бандиты, но сталкеры ушли от них без боя, по-хитрому, под мостом. Прыгали по старым сваям над радиоактивной водой, как беременные снорки, постоянно ожидая выстрелов в спину. Словом, понервничали малость. Это еще утром. Позднее приличная стая слепых псов рядом прошла — хвостов двадцать, не меньше. Тогда две крайние скотинки даже остановились, морды задрали, принюхались. Видать, верхним чутьем среагировали, насторожились. Пришлось изрядно поваляться в грязи. Хорошо, что рядом какая-то синенькая лужица воняла не по-детски. Она парила так, что глаза из орбит чуть не вылезли. Но ничего! Пять минут выдержали, а потом уползли потихоньку. По самому краешку. А стая прошла. Видать, едкий запах аммиака отпугнул тварей.
Везуха, одним словом.
Вот и расслабились у ручья, уже совсем рядом с норой!
Схрон-то в двух шагах! Там водка, ужин, ночлег. Вон он, овраг-то! Еще пятьдесят метров, и ты дома. И на тебе! Какой-то гад через кусты прет. Сначала подумали, кабан, не дай бог, а как услышали нечленораздельное: «Щас замочу гадов…» — поняли, что зомби. Жалко их. Свои же мужики, только невезучие, а этот еще и одет был в сталкерский комбез. Вольный бродяга, не иначе. Стрелять не надо бы — схрон рядом, да и жалко бедолагу, все-таки свой. А то на выстрелы всякой нечисти потом набежит, начнут вынюхивать, как те песики. А тут мы, такие тепленькие, тушенку водкой запиваем. Неправильно это!
Решили поступить гуманно.
Сарацин навстречу мертвецу пошел, а Санай — в обход.
Подойдя ближе, Сарацин спросил беднягу:
— Ты что не спишь, браток?
Зомби замычал, стал поднимать голову. То ли Сарацина хотел повнимательнее рассмотреть, то ли запах пищи почувствовал — неизвестно теперь. Кто их поймет, мертвяков ходячих? А тут и Санай подоспел, хватанул по серой шее спецназовским ножиком и отрезал пропащую головушку. Потом метров двести иссохший труп и его фрагменты — тьфу, будь они неладны! — тащить пришлось подальше от ручья. Гайки бросать не забывали, на детекторы поглядывать тоже. Это уже на предмет обнаружения невидимых аномалий.
— Слышь, Санай, — озаботился напарник. — А хлеб ты этим же ножом режешь?
— Конечно! — Санай улыбнулся всеми зубами. — Но ты не волнуйся, я на него поплюю сначала, а потом тряпочкой протру.
