Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
огонь Фома и Седой. Безоружные Бобок и Зинчук держались чуть позади, ожидая, когда егеря расчистят путь.
Вдруг Фома замер, повернул голову, пытаясь рассмотреть что-то вдалеке, а потом беззвучно повалился на землю.
— Ты чего?! — Седой хотел наклониться к нему, но не успел — пуля ударила его в висок. Седой замертво рухнул на бездыханное тело товарища.
Немой машинально глянул в ту сторону, куда перед смертью глядел Фома. Увидел блеснувший лучик — это яркие сполохи Сияния отразились в линзе оптического прицела.
«Снайпер на вышке… — успел осознать Немой. — Ну вот и все… Как говорил Сева? Встретимся в аду…»
Зинчук и Бобок увидели, как все три егеря один за другим упали на землю, сраженные пулями снайпера.
— Автоматы!.. — рванулся вперед Док.
Он хотел подобрать трофейное оружие, но не тут-то было — уцелевшие макаки очухались и ломанулись на него…
Снаружи бушевало Сияние, а внутри, в пещере, было тепло, уютно и спокойно. Потап, егеря и большая часть балласта дремали. Юрун тоже спала, прислонившись к моему плечу. Я собирался последовать ее примеру, но помешал Кочкин. Рядовой подсел ко мне и возбужденно прошептал:
— Бедуин, я вспомнил кое-что…
— Отлично, только на полтона ниже, — перебил я. — Девушку не разбуди.
— Я не сплю, — возразила Юрун, не открывая глаз.
— Ну, говори, Илюха, чего у тебя там?
— Я вспомнил, — повторил он. — Вы спрашивали, что во время боя за «Ошарское» показалось мне странным. Так вот. Я видел, как одного из нападавших изрешетили пулями, а ему хоть бы хны.
— Так-таки изрешетили, — засомневался я. — Небось задели слегка в плечо.
— Нет! Очередь из автомата ударила ему прямо в грудь. Он покачнулся, но продолжал идти вперед и стрелять. Так и не упал.
— В бронике был, вот и не упал. Пули в кевларе застряли.
— Вряд ли. Я видел кровь на куртке, значит, пули попали в… хм… живое тело.
— Тогда он был под наркотой. Видал я таких уникумов, еще на Большой земле. В основном в восточных странах. Накачаются дурью под завязку, наорутся до опупения молитв и идут, бессмертные воины хрен-знает-какого-бога, в решающую битву с псами неверующими. В такого, бывало, весь рожок выпустишь, а он прет вперед как танк и глазом не моргнет. Мертвый уже, по сути, а не падает. Еще и кучу народа успевает положить, гаденыш. А еще говорят, что на Большой земле зомби нет! Тьфу, вспоминать противно. Уж кого-кого, а фанатиков на дух не терплю.
— В голову таким стрелять надо, — внезапно подал голос Механик. — А еще лучше — сносить ее на хрен с плеч долой, тогда точняк этого урода положишь.
— Откуда ты знаешь? — тотчас поинтересовался Боря Таран.
— От верблюда, — отрезал Механик, но потом все же соизволил пояснить: — Без башки даже зомбаки не живут.
— Надо проверить, что там у нас на дворе делается.
Сапер Фига поднялся с места, привычно защитил глаза закопченными на огне стеклами, воткнул в уши беруши и пошел к своему завалу. Осторожно достал небольшой камешек, открывая крошечную щель наружу…
— Потап, а Сияние-то вот-вот закончится. Можно выходить.
— Отлично. Тогда подъем, — скомандовал Алексей. — Фига, открывай заветную дверку.
— Айн момент, командир.
Сапер потянулся к своему рюкзаку, вынул необходимые принадлежности для взрывных работ и принялся прилаживать маломощные заряды в определенных точках завала.
— А ну, все назад, уши заткнули, рты разинули… Готовы? Тогда бум…
Грохнуло. Каменная кладка, перегораживающая выход, просела, поднимая в воздух тучу мелкого каменного крошева.
— Проход открыт, — доложил Фига.
— Тьфу. — Боря Таран скривился, отхаркнул слюну, густо замешанную на каменной крошке, и решил предъявить претензии саперу: — Ты, сука, нарочно заставил нас рты открыть, чтоб мы как можно больше всякого дерьма наглотались!
— Дурак, — спокойно парировал Фига. — Если бы ты пасть не раззявил, оглох бы. Понял? Так что сопли подбери и спасибо мне скажи.
— Пасиба, Кукиш-джан, — на южный манер пропел Ерш, прикладывая руку к груди и кланяясь. — Накармил от пуза, дарагой. Угощение до сих пор на зубах скрипит.
— Отставить подковырки, — вмешался Потап. — Амуницию поправили и шустро на выход по одному. Нам еще назад пять кэмэ возвращаться и след
