Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
и (тут Егор понял, что даже немного переиграл) ударившегося лицом о скамью. Один «азаматовец» откинул назад его голову, встретился с помутневшими глазами – бродяга как только мог, изображал из себя «ушедшего в астрал» наркомана, – спросил, все ли у него в порядке. Кудесник, едва ворочая языком, ответил, что все нормально, но тот не расслышал его слов из-за стука лопастей и рокота двигателя. А когда его попытались поднять, бродяга обмяк и стал будто на центнер тяжелее, запутывался ногами и умышленно сползал на пол. Ему нужно было спровоцировать всех пятерых одновременно сделать попытку усадить его и закрепить ремнями, в таком случае он смог бы добиться их максимальной отвлеченности. Спустя пару минут безрезультатной возни за работу взялись пятеро.
– Господи, помоги, – прошептал Кудесник, и как только его водрузили на скамью, выхватил из кобуры одного из бойцов «макарова» и выстрелил в хозяина пистолета, почти не целясь.
Пуля вошла бедолаге в подбородок, вынесла часть затылка и звякнула в потолок. К привычному стуку лопастей прибавилось громкое дребезжание и гул, а сам вертолет ощутимо задрожал. Воспользовавшись растерянностью бойцов, бродяга выстрелил еще в одного два раза подряд, одной пулей пробив плечо, а другой – горло. Четвертая пуля разбила окно в сантиметре от взъерошенной головы недавно поющего конвоира.
Справиться с пятью нехилыми ребятами в тесном грузопассажирском отсеке Кудеснику, даже невзирая на его умение до мелочей просчитывать ситуацию, было бы, разумеется, не под силу. Приходилось рассчитывать на случай и удачу. Ведь сейчас, всего через мгновение, – а именно столько нужно залихватскому вояке, чтобы оценить всю глубину непредвиденного эксцесса и решить, как действовать дальше, – Кудесник может оказаться в положении куда более невыгодном, чем прежде. Настанет черед пулям лететь в него.
Свистун и Анекдотист, как их условно назвал Кудесник, были мертвы, но оставались еще Певец и два Смеяна, которым Анекдотист еще пять минут назад травил свои тупые байки. Двое последних, к слову, были гораздо резче Певца, и пока тот только еще тянулся за лежащим на скамье АКСУ, они уже направили оружие на бродягу.
Егор понял, что фактор внезапности, на который он так рассчитывал, не проканал. И стрелять они, по всей видимости, в него будут по-взрослому – не для устрашения, чай, за оружие хватались. В принципе оно и не удивительно, в таких случаях забываешь обо всех приказах, потому что на кону не успех той или иной операции, а собственная жизнь. И сделаешь ты ради того, чтобы спастись от обезумевшего бродяги, вышедшего из наркоза раньше, чем это было обещано, все, что угодно.
Зная это, Кудесник выстрелил еще раз и успел как раз в тот момент, когда первый Смеян уже спускал курок. Пуля из «макарова» угодила конвоиру аккурат в переносицу, и автоматная очередь продырявила обшивку и без того пикирующего к земле вертолета. Кудесник выиграл пару драгоценных мгновений, чтобы перевести дыхание и прицелиться во второго, но тот оказался быстрее.
Казалось, на сей раз Кудеснику не избежать пули из наставленного на него АКСУ. «Если не убьют, то продырявят», – подумал Звягинцев. Но, как говорится, если перед этим долго не фартит, то порой случается настоящее чудо: вертолет резко повело вправо, и автоматчик, рассеивая пули по отсеку, не удержался на ногах. Он подался вперед, споткнулся о тело осевшего между скамьями Анекдотиста и полетел прямо на бродягу.
– Ах ты ж су-ука! – завопил он, отведя руку Кудесника в сторону и отправив адресованную ему пулю в потолок.
Этого Егор Звягинцев предвидеть никак не мог. Перед глазами у него потемнело. Он никогда не был в подобной ситуации и не знал, как это больно, когда пытаются вдавить автоматом кадык в глубь шеи. Он сипел, кряхтел, издавал булькающие звуки и пытался вывернуться или хотя бы выдернуть руку с пистолетом, прижатую коленом «азаматовца» к полу, но все было тщетно. Сил все еще не хватало для полноценной рукопашной.
Вторая выпущенная в двигатель пуля поспособствовала тому, что вертолет закоптил и начал счесывать верхушки елей. Скоро он опустится еще ниже, лопасти запутаются в ветвях деревьев, скорость полета погасится, и тогда он камнем рухнет вниз. И если б только это было самым страшным. Ведь никому не известно, что ожидает его внизу.
Впрочем, это проблемы будущего, в настоящем же первым делом нужно было решить проблему с насевшим на грудь «азаматовцем», а для посиневшего, задыхающегося, выбившегося из сил Кудесника это с каждым мгновением казалось все более невозможным.
«Ну не так же помирать-то! – укорял его внутренний голос. – Не от руки же говенного потомка бандюка! У тебя же остался последний патрон!»
– Отползай! –
