Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
полевое занятие по огневой работе с пробными экземплярами «Святогоров». И вот за это с вас будет снята подписка о неразглашении…
– Дела, ничего не скажешь… – Скопа закурила, глядя в окошко, прорубленное в старых досках. – Что-то я стремаюсь, если честно. Крюк, он серьезный малый…
Да уж, точнее не скажешь. Крюк, которого легенды называли первым из механизированных гибридов, был парнем очень серьезным. Я с ним сталкивался. Давно, в самом начале своей карьеры. Стоял тогда перед ним навытяжку, опасливо косясь на то, как эта громадина, сопя и ругаясь, советуется о том, что со мной делать, со своим калекой-напарником, которого таскал на закорках.
Он шлялся по небольшой площадке перед зданием бывшего супермаркета, куда меня занесла нелегкая. Ходил взад-вперед, поскрипывая левым сочленением на том месте, где у нормального человека тазобедренный сустав, стараясь обходить темно-красные лужи, которых здесь было более чем достаточно.
Тогда меня зажали два гиперурсуса. И ведь даже не трогал я этих здоровущих, центнера по три весом, заросших туш. Шел себе мимо, направляясь в сторону Станции, так как патронов у меня осталось не больше двух магазинов, а добычу унесли в рюкзаках «пуритане», загнавшие меня в развалины Семерки. И никакого выхода, кроме актуальной сдачи военным на Станции, я не видел. Лицензия у меня была оформлена только до рубежа семнадцатого километра, и внятного объяснения по поводу моего нахождения в самом Центре у меня не было. Вот и топал себе, по возможности бесшумно, когда увидел прямо перед собой два больших темных шара, летевших в мою сторону.
Короче, загнали они меня на Базу. И я их почти смог обмануть, драпанув по крышам. Но в одном месте старые кровельные листы не выдержали, и полетел раб Божий Пикассо вниз с воплями и матюгами. Ну а дальше…
Хромая, выбрался на стоянку перед бывшим «Грошом», стараясь оттянуть момент, когда мой хребет треснет от одного могучего удара. А эти махровые паскуды уже и не бежали. Мягко переваливаясь, шли чуть сзади, ворча и похохатывая. И так мне обидно стало тогда, что аж вспоминать не хочется. Никогда бы не подумал, что смерть может быть вот такой, донельзя глупой и ненужной. И тут появился он, Крюк.
Он просто снес остатки кирпичного невысокого заборчика, вылетев из него этаким гибридом Кинг-Конга и башенного крана. И что меня больше всего поразило, так это то, что он дал гиперам возможность уйти. Схватил меня за шкирятник и забросил на крышу какого-то сарайчика, где мне немедленно ткнул ствол «Кипариса» в затылок парень без ног. А сам Крюк встал перед мишками, рявкнул что-то неразборчивое и закрутил над головой свою, уже давно ставшую легендарной цепь с крюком. Тем самым, надо полагать, из-за которого и заработал короткое и внятное имя.
Урсусы его призыв к миру и человеколюбию проигнорировали, видимо, решили, что голем им не помеха. Ну что тут скажешь, за что боролись, на то и напоролись. Смерть супермедведей была быстрой и эффектной.
Не заморачиваясь по поводу проявленного во время схватки Измененным благородства, Крюк правой рукой вытащил из-за спины нечто, до того висевшее бревном, накрытым чехлом. Как оказалось, это был и не чехол, и не бревно. И оно не висело.
Черт его знает, какие процессы происходят в организмах Измененных и как они подстраиваются не только сами, но и подстраивают все вокруг под себя. Закрепленный сервомеханизмом и несколькими гибкими лентами, на поясе голема висел шестиствольный пулемет, накрытый плащ-палаткой. Ее-то он и откинул в сторону, явив перед моим взором то, что я привык видеть как минимум на вертолетах типа «крокодил». Аккумулятор и железный короб с патронами висели рядом, надежно зафиксированные на каркасе, который выходил прямо из позвоночника Крюка. На этом в принципе бой и закончился, так как урсусы опоздали с нападением. Прав был тот, кто говорил, что самая лучшая оборона – это нападение.
Порвав при помощи своего агрегата гиперов на десять тысяч маленьких медвежат или в клочки, что является такой же констатацией факта, Крюк решил заняться моей персоной.
Не буду передавать суть разговора, который сводился к тому, что мне, самонадеянному глупцу, не место здесь, в Районе. Могу только сказать, что после этого я перестал стрелять в каждого такого здоровяка, который, бухая и лязгая, проходил в отдалении. А к самому Крюку я испытывал то чувство, которое и должен испытывать каждый спасенный к своему спасителю. Напоследок, проведя со мной краткий инструктаж по безопасному (относительно) продвижению в сторону Кротовки, голем одарил меня десятью полными магазинами и спецназовским рюкзаком, набитым необходимой амуницией. Гуманист,
