Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
знаете ли, не понимаю. Вот там, – Мансур ткнул рукой себе за спину, – творится черт-те что. Оттуда мы уехали, спасибо вам обоим. Впереди что-то вас напрягает. Так давайте примем решение, что нам нужно делать, и все. Ну, какие у нас варианты, а?
– Ты прав. – Егерь бросил окурок на землю, втоптал носком ботинка. – Вперед ехать нужно, как ни крути. Ладно, посмотрим. Поехали.
«Нива» дернулась, взрывая покрышками влажную, рыхлую землю, и поехала вперед. Вдали показались пологий песчаный берег реки, густо заросший камышом, и старый, но все еще крепкий мост на опорах из толстых стальных труб. Машина вкатилась на чуть прогнувшееся покрытие.
Мансур выглянул в окно, всматриваясь в воду. После всего, что произошло ночью, от реки тоже можно было ожидать любых сюрпризов. Крокодилам или еще каким-нибудь плезиозаврам он бы уже не удивился. А также русалкам, водяным и прочим ихтиандрам вкупе с гигантскими морскими спрутами. Но река была спокойна, текла себе и текла, перекатываясь небольшими ленивыми волнами. Разве что вода в ней стала более зеленоватой, с преобладающим темным, различимо илистым цветом. И тут парня чуть было не согнуло в приступе рвоты.
По течению пронесло распухшее, землистого цвета тело с широко распахнутыми глазами. И казалось, что они, глаза эти, смотрят прямо на него, впиваясь мутными белками с черными точками зрачков в лицо Мансура, стараясь запомнить.
– Фу-у-у… – Позеленевшее лицо Натальи говорило о том, что ей тоже несладко. – Ну надо же так напоследок…
Егерь ничего не сказал, смотря прямо перед собой и настороженно прислушиваясь. Переехав мост, автомобиль остановился. Егерь вышел и неторопливо направился в сторону кустов лещины. Достал предварительно из бардачка старый, исцарапанный бинокль. Накинув капюшон ветровки на голову, ввинтился в заросли, мгновенно став невидимым со стороны.
– Ни хрена себе… – протянул Мансур. – А чего это он?
– На разведку пошел. – Наташа тоже вышла из машины. Присела несколько раз, восстанавливая кровообращение, так как ехали все-таки долго. – Привычка, ничего не поделаешь. Сейчас придет, доложит обстановку. И тогда мы поймем, чего дальше делать.
– А… – Парень кивнул головой, хотя на самом деле ничего не понял. – Ждем, значит?
Женщина ничего не ответила. Присела на порожек «Нивы», задумчиво подперла ладонью лицо и стала смотреть в сторону соседнего пригорка. От нечего делать Мансур тоже посмотрел на этот пригорок и попытался понять: что же в нем странного? Как будто отпечаталось что-то на сетчатке и тут же пропало. И, сколько он ни старался, понять так и не получилось. Помятуя о странных штуковинах, встреченных по дороге, он даже обрадовался тому, что не придется подходить к пригорку и пытаться разобраться на месте. Хватит с него непоняток. Мансур повернулся к Наташе: неужели она тоже что-то заметила?
Оказалось, что да. В руке женщина уже держала пистолет.
– Видишь?
– Да. Странное что-то. Никак не могу разглядеть, чего там.
– Самое главное, чтобы оно к нам не сунулось, вот что.
– Что не сунулось? – Егерь бесшумно возник рядом с карабином на изготовку. К которому, кстати, успел прицепить неизвестно откуда взявшуюся оптику.
– Вон там, на холме. – Наталья показала стволом пистолета. – Заметил?
– Ну да. Пока не двигается, и хрен с ним. Мальчишка там сидит. Я его в бинокль увидел. С медведем, правда.
– С каким медведем?! – Женщина оторопело взглянула на мужа.
– Большим, бурым. Короче, команда, слушайте сюда. Прямо перед Ключами – куча военных. Сюда они почему-то не суются, и это мне как раз не нравится. По идее, исходя из тактических соображений, именно здесь нужно было секрет выставить. А его нет. А что это означает?
– Что? – Мансур непонимающе уставился на него.
– Что все плохо. Что либо карантин уже вводят, либо еще что-то. И вот этот кусок считается уже запретным. Если честно, опасаюсь я, как бы по нам стрелять не начали. Мансур, ты пойми меня правильно – не хочу туда идти. Пока во всяком случае. Понимаю, что Наде твоей помощь нужна, но я не один. Наташа мне родной человек, и мне не очень хотелось бы, чтобы в нее стрелять начали, как в зараженную. Может, немного подождем, парень?
– Я не буду ждать… – Татарин упрямо покачал головой. – Наде плохо, она до сих пор в сознание не пришла. Что мне ждать? Когда она умрет, и с ней мой, слышишь ты, лесничий, мой ребенок!!! Да с какой стати в нас кто-то стрелять станет?! Тебе просто мозги на службе твоей отбило, вот и все! Не хочешь помогать – не надо. На руках донесу. Если там, как ты говоришь, военные, значит, там и врачи есть. Какие-никакие, а врачи. Поможешь довезти или нет?
Егерь посмотрел на разъяренного парня
