Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
неуместным, что я невольно улыбнулся.
– Напрасно смеешься. Можно сказать, они снова встали к любимому станку.
Жрец видел, что я почти восстановился, но совершенно не опасался меня. Ходил без оружия, преспокойно поворачивался ко мне спиной. В общем, демонстрировал абсолютную беспечность. Я даже обиделся. Поджилки, конечно, порой тряслись, но праздновать труса я не собирался. Дерну отсюда при первой же оказии.
– Хочешь убежать? – вдруг произнес Жрец. Он будто прочитал мои мысли.
Я от неожиданности растерялся, но тотчас взял себя в руки. Психологию пленника легко просчитать. Схожие идеи бродят в голове у каждого, кто оказался в аналогичной ситуации, и нечего Жрецу строить из себя телепата.
Лучшим ответом на его вопрос было молчание, поэтому я лишь сглотнул комок вязкой слюны и не проронил ни слова. Ему надо, пусть сам и догадывается, Алан Чумак недоделанный.
Жрец вдруг приоткрыл дверцу, отошел с прохода.
– Беги.
Я недоверчиво посмотрел на него. Дикий выглядел невозмутимым и говорил совершенно серьезно.
– Беги, – повторил он. – Тебя никто не держит.
Я пожал плечами, встал и потопал на выход. Почти у самых дверей обернулся и снова взглянул на Жреца. Тот стоял в позе каменного истукана, скрестив руки на груди.
– Ступай, никто из наших не причинит тебе вреда.
– Тогда прощевайте, – сказал я и вышел из землянки.
Мимо шли двое диких, но они посмотрели сквозь меня, словно я был пустое место. Вот и ладушки, мне же легче.
Умом понимая, что в АТРИ без еды, оружия и боеприпасов долго продержаться невозможно; что обратного пути самостоятельно мне не найти; что я знать не знаю, какие опасности могут подстерегать меня за пределами лагеря, все равно я исключительно из врожденного упрямства прошагал до частокола, охраняемого невозмутимым дедком в шапке-треухе и плаще. Других диких не было.
– Мне надо выйти, – сказал я.
– Иди!
Он даже одергивать меня не стал, лишь выпустил изо рта клуб табачного дыма, смачно сплюнул и отвернулся.
Ни окриков, ни выстрелов в спину, ни топота погони. Зашибись! Полная беспечность, абсолютная. Или что-то еще, то, о чем никто не поставил меня в известность.
Как бы то ни было, сдаваться я не хотел. Упрямство гнало вперед.
– Пока, дедуля! – бросил я на ходу.
– До скорой встречи… внучок, – прошамкал старик-охранник.
Его слова не показались мне странными, не заставили задуматься.
Итак, я был на свободе. Ноги сами повели меня по утоптанной тропе. В душе зародилась надежда, что она выведет к нормальным людям, которые предоставят пищу и кров, вызовут наших с базы. Прилетит вертолет или приедет повозка с рогачами. Неважно, согласен на любой транспорт. Лишь бы побыстрее. Усядусь, свалю отсюда к такой-то матери, чтобы никогда не возвращаться.
В эту минуту я был готов простить и Гидроперита, и закадычного дружка Леху, бросивших меня на поле боя. Кто знает, может, и сам бы поступил так, оказавшись на их месте. Видимо, суворовское «сам погибай, а товарища выручай» плохо прижилось в нашем веке. Ничего не поделаешь, прогресс. Теперь в моде другое – каждый сам за себя. Так и живем. На проблемы соседа внимания не обращаем, а когда у самого загорится, запылает – кричим «караул» и надеемся на подмогу. А откуда ж ей взяться?
Дорога уводила меня все дальше и дальше. Вершины деревьев заслонили лагерь диких, я поднялся на холм и не увидел характерных столбиков дыма. Все хорошо, прекрасная маркиза, за исключеньем… Но что это?.. Я был готов отдать руку на отсеченье, что шел только прямо, никуда не сворачивал, но по непонятной причине снова вышел из леса прямиком к частоколу вокруг поселения изгоев. Я сразу узнал его, и сердце тревожно сжалось.
Вот и дедок, он смотрел на меня с усмешкой. Приветственно поднял руку и пригласил внутрь:
– Заходи, милай!
Как и все дикие, старик был мутантом, причем изменения сказались на его внешности. Понятно, почему такие, как он, имели свои счеты с АТРИ. Теперь у меня было больше времени, чтобы разглядеть охранника. Я вздрогнул. Наверняка его тип уродства имел научное название, описывался в литературе. Дедок был человеком-крысой. Его лицо, покрытое мерзкой серой шерсткой, вытянулось вперед, под кнопкой носа пучком торчали усы-антенны. Сними он штаны, я бы не удивился, увидев длинный тонкий хвост.
До сей поры большинство виденных мною изгоев выглядели почти нормально, во всяком случае, на первый взгляд. И у Туза, и у Жреца внешность вполне укладывалась в определенные рамки. Не красавцы, но и не уроды. Даже Фишка при некоторой конспирации мог сойти в обычном обществе за своего. А вот внешность дедка отталкивала и даже пугала, хотя я почему-то
