Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
вроде хуги.
Мы продолжали продвигаться в глубь смертельно опасной территории. Чугунок порой задирал голову и пытался разглядеть сквозь завесу туч летающие объекты. Но вертолеты барражировали в других местах. Небо оставалось чистым.
Жрец тщательно скрывал от всех информацию о том, где находится конечная точка маршрута и сколько до нее нужно идти. Я догадывался, что он не говорит нам всей правды, мне это не нравилось, но свое мнение приходилось держать при себе. Лишь бы со мной игра велась честно. Первую партию мы по взаимной договоренности решили разыграть по плану Туза. Дальнейшее зависело от результата.
Лишь к вечеру нам удалось выбраться на сухое место. Сразу за болотом начинался покрытый осенней позолотой лес.
– Ночуем здесь, – сказал Чугунок.
Он устало опустил обтянутый суконными штанами тощий зад на упавшее дерево.
Тыква и Кот разом повеселели и стали разбивать лагерь.
Вскоре мы мы с комфортом расположились вокруг весело потрескивавшего костра. В походном котле забулькала каша из горохового концентрата. Мы вдыхали вкуснейшие ароматы, мы блаженно щурились. Разве что Фишка хмуро косился то на меня, то на Жука, давая понять, что мы у него на примете.
Ночью на открытом воздухе в АТРИ страшновато, но голод и усталость заставили забыть об опасностях. Никто не спешил атаковать нас под пологом ночи, разве что мелкий гнус, для спасения от которого Жрец опрыскал всех репеллентом. Только Фишка отрицательно помотал головой. Его тело насекомых не привлекало.
Каша сварилась, каждый набрал себе по котелку. Водичка хоть и была взята недалеко от болота, но ничем не отдавала. Видимо, я настолько оголодал, что не чувствовал даже привкус обеззараживающих таблеток.
Фишка наблюдал за нами с брезгливостью. Его организм не нуждался в еде. Энергию мутант добывал другим, неведомым мне способом.
На десерт было солдатское пирожное – хлеб из вакуумных упаковок, щедро обсыпанный сахарным песком. На полный желудок хотелось только одного – спать.
Никому не требовалось напоминать об осторожности. Ночь – это ночь. Какой бы тихой и мирной она ни казалась. Надо только позаботиться о дежурстве, но мы слишком устали.
Взгляды всех остановились на неутомимом Фишке, он правильно их истолковал и во всеуслышание объявил, что будет охранять наш покой до утра. При всей моей ненависти к нему в тот момент я испытал нечто вроде благодарности.
А потом был сон, короткий и тревожный.
Тревожный, потому что снилась всякая дрянь: восставшие мертвецы, ухающие филином призраки и прочая мистическая чепуха, а вот короткими объятия Морфея случились по одной простой причине: на нас напали.
Атрийская ночь оправдала свою дурную репутацию. Со всех сторон послышался треск – слева, справа, спереди, сзади: кто-то ломился в нашем направлении.
К счастью, Фишка не собирался исполнять устав караульной службы. Дикий поступил как любой нормальный человек со здоровой логикой. Не закричал: «Стой, кто идет?» – а сразу полоснул очередью по ближайшему источнику шума. Кто бы там ни был, но намерения рвущихся сюда отнюдь не походили на дружественные. Застучали автоматы и других мутантов. Это Кот и Тыква лупили на звук. Очереди слились в одну. Трассирующие пули оставляли за собой яркий след. Вообще ночной бой представляет собой феерическое зрелище, вот только оценить его красоту по достоинству можно, лишь оставаясь наблюдателем. В эпицентре все смотрится по-другому. Мелькают сумбурные мысли, тело при этом действует на полном автоматизме. Меня этому долго натаскивали.
Не было паники, испуганных воплей и криков. Разбуженные люди схватились за оружие и ответили шквалом огня.
Невидимый противник, однако, не поливал нас свинцовым дождем. Видимо, нападавшие не принадлежали к человеческому роду-племени. Впрочем, напора им было не занимать. Кольцо вокруг нас не распалось.
Я стрелял короткими очередями. Я не видел противника, просто доверялся интуиции и бил туда, где мелькали быстрые тени, где улавливал какое-то движение. Жаль, не было приборов ночного видения, без них я не мог определить, кто пожаловал к нам в гости.
Шестым чувством я ощутил что-то неладное, увидел пикирующую прямо с неба здоровенную тень, размахивающую прозрачными крылышками, сквозь которые было видно звезды. Не пытаясь понять, что это за тварюга, я перенес огонь на нее. Крылатое существо задергалось, как кукла на веревочке. Пули с чавканьем исполосовали летуна, брызнула пахучая до одурения жидкость, щедро оросив все вокруг. Несколько капель попали мне на лицо. Сначала я не оценил степени опасности, но, когда кожу обожгло, будто кто-то хлестнул меня по носу пучком ядреной крапивы, я
