Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
Ну да, муравей, только размерчик необычный. Крыльев у него нет. Значит, это рабочая особь.
– А те, что с крыльями? – спросил я.
– Это самцы. Выполняют функции офицеров нижнего и среднего звена. Героям-победителям достается все, включая самку.
Он присел на корточки, потрогал муравья рукой:
– Мда, мандибулы впечатляют.
– Манда что? – вскинулся Чугунок.
– Мандибулы. В смысле, жвала. Такими руку запросто перекусить можно. Вон, полюбуйся, какая хватка.
Он схватился за челюсти, попытался их раздвинуть, но у него ничего не вышло.
– Феноменально. У кого-нибудь фотоаппарат есть? Хочу запечатлеть этот экземпляр для науки.
– Х… с твоей наукой, – ругнулся Чугунок. – Тут таких феноменов тыщи.
– Что верно, то верно, – легко согласился Жук. – И если я хоть что-то смыслю в биологии, поблизости должен находиться муравейник, и там подобных зверюшек туева хуча.
– Уходим отсюда, – приказал Чугунок и перекинул автомат на плечо. – По-быстрому. Не нравится мне тут что-то.
Шедший впереди Кот вдруг остановился. Все тоже замерли, готовясь к худшему. В АТРИ приходится полагаться на все органы чувств. Если что-то внутри даже самым тихим шепотом твердит об опасности, значит, так оно и есть.
– Справа, – еле слышно произнес он.
– Что справа? – не сразу сообразил его напарник.
– Да гуси, целая стая. Вон, видишь… Чешут, заразы, крыльями машут. Скоро над нами будут.
В небе с характерным гоготом летело несколько крупных птиц. Мы завороженно провожали их взглядом.
– Гуменники, – обрадовался Чугунок. – В каждом килограмма три мяса. Сейчас настреляем на ужин. Будет у нас дичь.
Птицы и змеи – то немногое из животного мира, что не подверглось в АТРИ мутациям и годится в пищу обычным людям. Мы оживились. Свежая убоинка была бы кстати. Никакие консервы не заменят нормального мяса.
– Ну, помоги нам Бог! – Чугунок прицелился.
Я тоже сдернул с плеча «сотку».
«Калаши» нельзя назвать идеальным охотничьим оружием, но нам удалось подбить из «сотки» сразу двух птиц, прежде чем стая скрылась за деревьями. Кот вызвался принести их тушки. С виду гуменники мало чем отличались от обычных гусей – довольно упитанные, серо-буроватые, с красными лапами и двухцветным клювом.
– Ощиплем и сварим! – довольно произнес Тыква. – Консервация уже забодала, а тут мяско… свежее. – Он облизнулся.
– Зря шумели, – сказал Жук.
– Это почему?
– Опасно это. Могли привлечь кого не надо.
– Ты жрать хочешь? – спросил его Чугунок.
– Спрашиваешь!
– Так не гундось! Кто не рискует, тот не ест.
Резон в его словах имелся, и ученый замолчал.
– Слушай, расскажи, какие тут еще птицы водятся, – попросил я, чтобы развеять плохое настроение Жука.
Он сразу оживился:
– Да полно всяких. Здесь тебе, конечно, не Мадагаскар и не джунгли, но пернатых хватает, причем самых разнообразных. Кроме гуменников, имеются еще и пискульки. Они, правда, раза в два поменьше, но зато встречаются гораздо чаще. Очень неприхотливые. Гнезда даже в голой тундре вьют. К реке подойдем – увидим турпанов, это такие утки нырковые. У них голос интересный, на воронье карканье похож. Касатки – у этих на голове длинный хохолок и на крыльях будто косицы. В лесу гоголь живет. Гнезда в дуплах устраивает. До двенадцати штук яиц в гнезде доходит. Черныш водится, этот все больше по болотам. Чайки, крачки. Да всего не перечислишь.
– И все это добро можно варить и жарить, – встрял в разговор Кот. – А из яиц гоголя знатную яичницу можно приготовить. Я пробовал: пальчики оближешь.
Его интересы к флоре и фауне лежали исключительно в гастрономической плоскости.
– Ну да, – кивнул Жук.
С ночлегом нам подфартило. Я меньше всего ожидал встретить в таком медвежьем углу человеческое поселение, и тем не менее к вечеру мы вышли к так называемой охотничьей фактории.
Место для нее было выбрано удачно. Пара жилых построек стояла под небольшой сопкой, взобравшись на которую можно было видеть округу как на ладони. Рядом протекал ручей, решавший проблему с питьем. В плане радиации все было чисто. Обеззараживающих таблеток хватало надолго.
Я опустился на колени у ручья, набрал полную пригоршню студеной воды и умыл лицо. Наверное, правы сказочники. Бывает на свете вода мертвая и живая. Этот ручей мог взбодрить даже покойника.
Дверь в бревенчатую избу не была заперта, но сразу заходить мы не решились. Жизнь в Зоне приучила всех, что опасность может подстерегать везде. Не от дикого зверя, так от человека.
– Надеюсь,
