Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
про себя Симбирцев, опасается, что дошли до меня вести о его похождениях. Решил, что наказывать буду. Вот и боится – а это хорошо. Страх – оружие полезное, если применять его с умом. Только не все же на кнут опираться. Еще и пряник нужен.
Симбирцев поманил его к себе, заставил склонить голову и прошептал на ухо:
– Человечек мне нужен надежный. По важному делу нужен. Справишься?
Арап распрямился с готовностью, почти по-военному (хотя почему «почти»? – был он раньше офицером, служил во внутренних войсках) чеканя каждый слог, сказал:
– Так точно, справлюсь.
Симбирцев знаками прогнал охрану. Нечего их посвящать в такие тонкости. Не для того он их при себе держит.
– Тогда сделай так, чтобы Туз заснул и не проснулся. Сделаешь?
На смуглом лице Арапа не отразилось ничего.
– Сделаю, – кивнул он.
Взгляд меченосца был осмысленным и жестоким. Так смотрит тигр на жертву, готовясь разорвать ее на части. Я вспомнил, что слышал о меченосцах, о том, что они живучи и вдобавок обладают способностью к быстрой регенерации. Очевидно, ранения оказались не смертельными, вот он и хочет посчитаться. Тем более есть за что.
Паршиво, что, кроме меня, этого никто не видит. Оба моих компаньона записали меченосца в покойники.
Чтобы вскочить на ноги, меченосцу понадобилось меньше секунды. Он с легкостью отбросил от себя Жука, который даже за автомат схватиться не успел. Свалил с ног и оглушил Жреца. Мгновенно оказался рядом со мной, всего в паре сантиметров от моего носа, хищно ощерился и…
Такого не бывает, такого просто не может быть. Вероятность совпадения была слишком мала. И, тем не менее, я стоял лицом к лицу с человеком, которого видел на фотографии. С тем, кого Жрец называл моим отцом. Я испытал настоящий шок.
Люди, стиравшие мою память, постарались на славу. Даже если я действительно провел четыре года детства в АТРИ, у меня о том периоде никаких воспоминаний не осталось. Но все же природа человеческая так и не изучена до конца. Что-то сработало на генетическом или ином, неведомом мне уровне. Сейчас, вперив взгляд в меченосца, я всеми фибрами души ощутил – это действительно мой отец. Папа, папка! В детдоме мы все мечтали о родителях, воображали себя потерянными принцами и принцессами, видели в грезах, как нас находят, забирают домой. Были готовы простить все на свете. Пусть будет пьяницей, самым пропащим человеком – лишь бы приехал и забрал. Только за это я был готов любить его всю жизнь. Но даже в страшном сне мне не могло присниться то, во что превратился мой отец.
Я потерял очень важное и не знал, где его найти. Не знал, как исправить, и понимал, что исправить точно невозможно.
Проклятая АТРИ разлучила нас. И, даже сведя вместе, сделала смертельными врагами. Путь к моей жизни лежал через его смерть, как это ни больно признавать. А его жизнь целиком зависела от того, как он со мной поступит и сколько человеческого в нем осталось.
Я очень не хотел его убивать. Страстно не желал этого делать. Молил, чтобы это было наваждением и дурным сном. Ну почему, почему именно ты, папка?!
Если перед смертью человек вспоминают всю свою жизнь, почему я не мог вспомнить те четыре года, проведенные с отцом?! Меня лишили даже такой ничтожной вещи.
Меченосец отвел руку назад для короткого колющего удара. Он знал, куда надо бить. Плоть так непрочна и слаба. В ней так много уязвимых мест. Он умел убивать и убивал. И я сейчас захлебнусь собственной кровью и умру, как умирали те, другие, которые уже встречались на его пути. Осталось чуть-чуть. Одно короткое движение. Раз и все.
Он хотел убить, но не смог. Что-то остановило его меч. Странно, такого с ним раньше не случалось. Потом он почувствовал запах. Его ноздри широко распахнулись, уловили тончайшие ароматы, и среди них было нечто знакомое, теплое, то, от чего кровь в жилах сначала закипела, а потом превратилась в лед. Зверь, сидевший в меченосце, исчез, напоследок сообщив нечто очень важное. Спала пелена с глаз, но взамен пришла лютая тоска. Он едва не убил частицу себя. Это было так страшно, что меченосец обхватил голову и завыл. В этом вое смешалось все. А потом он убежал.
Я долго приходил в себя, жадно пил из воду из фляжки, курил. Хмурый и злой Жрец ходил вокруг меня, у него жутко болела голова. А Жук в который раз с удивлением спрашивал:
– Почему? Почему он убежал?
Я не стал посвящать их в детали, отделался коротким путаным рассказом. Пусть эта тайна останется со мной. Показалось мне или нет, но меченосец сумел меня опознать, иного объяснения столь странному поведению я найти не мог. Этот вой, в котором было столько тоски и боли! И взгляд,
