Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
ты платишь мне и только мне. Если этот выскочка станет с тебя еще деньги вымогать, сразу говори, я его осажу. А в остальном не волнуйся, он и в самом деле хороший специалист, так что твой Потап в надежных руках. Чем черт не шутит, а вдруг Разенкову и впрямь удастся его воскреси… э-э-э… вылечить…
— А такое возможно? — с надеждой спросил я.
Вишневский замялся:
— Ты особо-то не надейся, Бедуин, но… Мы здесь на Стрелке не только свои кошельки набиваем, науку тоже потихоньку вперед двигаем.
Я вернулся в лабораторию к Разенкову. Генетик предложил мне чаю и принялся дотошно расспрашивать о последних событиях. Я рассказал подробно про желтый свет на «Октябренке», как встретился с Потапом и как мы с ним проделали весь путь к Стрелке. Умолчал лишь про то, что нас сопровождал атрийский рысенок. Зато поведал, как Потап насильно сделал мне инъекцию антидота — действие, которое мог совершить только человек в полном рассудке, а уж никак не безмозглый зомби. У «ходячего мертвеца» на подобное не хватило бы разума.
— Что ж, давайте попробуем установить, когда именно Потап стал зомби, — предложил Разенков, как только я закончил. — Из того, что вы рассказали, господин Рязанцев…
— Бедуин, — перебил я. — Зови меня просто Бедуин. И давай на «ты». Нам обоим будет проще.
— Тогда я Алекс.
Я кивнул и усмехнулся: вот и закорешились. Мне обязательно нужно с ним дружить, ведь теперь в его руках жизнь Потапа. Да-да, именно жизнь, потому что никто не докажет мне, что Лexa мертв!
— Итак, — продолжал Разенков, — из того, что ты рассказал, следует, что Потап мог стать зомби только в результате аномального явления на «Октябренке». Других источников ка-излучения у вас на пути не было.
— Не было, — подтвердил я. — Но после «Октябренка» Потап вел себя не как зомби. Иначе я бы заметил.
— Зомби теряют разум не мгновенно. Процесс деградации мозга происходит постепенно, — пояснил генетик. — В зависимости от полученной дозы излучения он длится от нескольких минут до одних суток. Более того, пока происходит перестройка организма, у человека даже еще циркулирует кровь. Так что, если ка-излучение, превратившее Потапа в зомби, было не слишком интенсивным, твой напарник вполне мог первые сутки оставаться нормальным человеком.
— С момента катастрофы на «Октябренке» и до того, как мы подошли к воротам Стрелки, прошло ровно трое суток. Три дня и три ночи, — веско сказал я. — Почему Потап продержался так долго?
— Ну… — Разенков задумчиво походил по лаборатории, понаблюдал через стекло за Лешей. — Такие случаи бывали и раньше. Один из них даже официально зафиксирован. Но вряд ли ваш аналогичен тому.
— Почему?
— Да потому что того зомби вел шептун.
К счастью, Разенков не смотрел на меня и потому не видел, как исказилось мое лицо. Я сумел быстро взять себя в руки и даже изобразить заинтересованность:
— Расскажи подробнее, Алекс.
— Подробностей я толком не помню, но если в двух словах… Бродяга попал под действие ка-волн и стал превращаться в зомби. Тут-то его и подцепил шептун, накинул ментальный поводок и водил по диким землям несколько дней, пока на пулю изгоев не нарвался. Зомби они убивать не стали, продали нам для исследований.
— И что? — поторопил я.
— Зомби был на редкость адекватен. Помнил свое имя и вообще вел себя так, будто попал под облучение не больше часа назад, хотя — и это установили точно — прошло несколько суток.
— То есть все дело в шептуне? — Мой голос дрогнул.
— Да, — кивнул Разенков. — Похоже, когда сильный псионик — шептун, меченосец или другой какой-нибудь гипнотизер — воздействует на мозг зомби, он защищает его от деградации. Тормозит процесс распада личности.
Генетик помолчал и добавил с усмешкой:
— Знаешь, Бедуин, если бы я не знал, кто именно привел к нам Потапа, решил бы, что это сделал изгой или шептун.
От его слов мне резко поплохело. Стало душно, на висках выступили капельки пота. Сердце ударило о ребра и застучало с силой молотобойца. Я настороженно взглянул на Разенкова. Уж не намекает ли он, что я превращаюсь в изгоя или, упаси боже, шептуна?!
— Ты как себя чувствуешь, Бедуин? — встревожился генетик. — Покраснел, дышишь тяжело. Да у тебя жар!
— Все в порядке, просто нога разболелась, — соврал я.
— Сделаю тебе обезболивающее. — Разенков открыл один из шкафов.
— Не надо, потерплю, — отказался я. — Пойду, пожалуй, в столовую, пообедаю.
— Погоди. — Разенков загородил дверь, выразительно посмотрел на меня и с нажимом сказал: — Бедуин, ты попал под ка-излучение одновременно с Потапом, но почему-то не превратился в зомби…
— И что?
— Ничего. — Генетик улыбнулся
