Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
было лишь через второй этаж, причем из соседнего корпуса. Марек остался контролировать переход, а мы с Мишаней спустились вниз на один пролет и обнаружили несколько помещений, оборудованных металлическими дверями, причем все, как одна, взломаны, а сами помещения, естественно, обчищены.
В одном из них имелся сломанный электрический щит с оторванной дверцей. Она валялась здесь же. На ней изобразили череп с костями, написали: «Не влезай — убьет», но в АТРИ такие надписи давно уже никого не пугают.
На первый взгляд все, что находилось внутри электрощита, было разбито, но, сдвинув в сторону провода, как учил профессор, я нащупал на внутренней стенке небольшую защелку. Она открылась довольно легко, а вместе с ней отодвинулся в сторону и весь щит.
Нашим взорам предстало вмонтированное в стену устройство с небольшим круглым окошком в центре, которое и являлось экраном регистратора. Сейчас оно светилось приглушенным красным светом. Сбоку виднелась щель, откуда, судя по всему, и должна появиться пластиковая карточка ключа. Устройство работало от встроенного аккумулятора.
Я вытащил из кармана разгрузки подготовленную профессором пластинку с отпечатком его пальца и аккуратно приложил к экрану регистратора. Ничего не произошло. Окошко продолжало светиться красным, а ключ и не думал появляться из щели. Я повторил попытку. Безрезультатно. У меня за спиной угрюмо сопел Мишаня. Наконец он не выдержал:
— Чего ты возишься? Давай раскурочим эту хреновину к едрене фене и достанем карту. Она же там, внутри!
— Миша, друг мой, как снайпер ты и в самом деле высший класс, — ласково откликнулся я, — но вот с мозгами у тебя напряг. Тормоз ты, Миша. Тупой тормоз. Нам нужна не просто пластиковая карта, а со штрихкодом. Пока его на карте нет. А чтобы он там появился, требуется активировать регистратор. Так что будь паинькой, отойди в сторонку и не мешай взрослым умным дядям делать свою работу.
Мишаня выслушал меня с разинутым ртом и даже вроде как послушно сделал шаг назад, но в следующее мгновение мне в затылок уперся ствол его автомата. До нашего десантника дошел смысл моих оскорбительных слов. Я же говорю, тормоз!
Не обращая внимания на автомат Мишани, я снова начал прилаживать пластину к считывающему устройству.
Мишаня передернул затвор и произнес:
— Ну все, молись, гад! Если прямо сейчас у тебя ничего не получится, ты покойник.
Я предпочел не отвечать. Напротив, постарался сосредоточиться. Возможно, я что-то делаю не так. А возможно, отпечаток пальца профессора уже не годится в качестве пароля. Внезапно, под влиянием какого-то внутреннего побуждения, я приложил свой собственный палец поверх пластины с отпечатком.
И тут же все сработало! Цвет экранчика сменился с красного на зеленый, а из щели выскочила пластиковая карточка со штрихкодом. Вот так! Все оказалось очень просто. Видимо, устройство снабдили датчиком, срабатывающим от человеческого тепла. Подстраховались как раз на случай отрезанного пальца. Если бы я не остановил Витька и позволил изувечить профессору руку, вот это был бы полный облом. Регистратор бы не сработал от «мертвого пальца», а, значит, мы бы остались без ключа и хабара.
Едва я вытащил карточку из щели регистратора, как меня грубо отбросили в сторону. В грудь мне уперся ствол автомата Мишани.
— Ну, ты, козел, давай сюда эту хреновину. Живо! — потребовал он.
Похоже, пора преподать урок вежливости этому бугаю.
— Миша, а тебя разве не учили говорить «пожалуйста»?
Недолго думая, я коротким движением сдвинул направленный в меня ствол автомата в сторону и резко вывернул оружие так, чтобы Мишаня сам выпустил его из рук. Однако бывший десантник оказался неимоверно быстрым и навыков рукопашного боя не утратил, а по опытности, пожалуй, не уступал мне. Автомат, конечно, отлетел в сторону, но я в ответ схлопотал по роже, а мой противник отскочил, избежав тем самым болевого приема.
В следующий момент мы бросились друг на друга, как два озверевших кота. Ножами, правда, не пользовались. В моем «арсенале» его не было вовсе — Урюк не соизволил выдать, решив, что хватит с меня и АКМа. А почему не воспользовался ножом Мишаня, не знаю. Возможно, любому холодному оружию он предпочитал собственные кулаки.
Удары с обеих сторон сыпались молниеносно. Внешне неуклюжий Мишаня оказался ловок и изобретателен. Его технике мог позавидовать любой боксер-профессионал. А по физической мощи он превосходил меня, как слон моську.
До нас вдруг донеслась короткая стрельба, видно, оставленные в охранении парни развлекались, постреливая в ночную темноту. Мы с Мишаней не обратили внимания на выстрелы — у нас обоих сейчас было дело поважнее.
