Зона тёмных природных аномалий. Здесь действуют иные физические законы, зачастую действие происходит в условиях страшной радиации. Среда обитания Z.O.N.A. – аномалии, артефакты таинственной природы, мутанты. Соответственно и героями этих произведений становятся люди, способные выживать в условиях всех этих аномалий. Содержание: 1. Дмитрий Манасыпов: Район-55 2.
Авторы: Манасыпов Дмитрий Юрьевич, Филоненко Вадим Анатольевич, Дашко Дмитрий, Колентьев Алексей Сергеевич, Махов Владимир, Стрелко Андрей, Климовцев Сергей, Матяш Дмитрий Юрьевич, Владимир Александрович Кривоногов, Белозёров Михаил Юрьевич
или под землей. Главное, чтобы дорога была безопасной и вела в нужном направлении. С трудом я заставил Марину подняться. Дал ей таблетку аскорбиновой кислоты. Взяла и разгрызла без возражений. Может, я и не прав, дойдем? Если не взбрыкнет.
Тоннель плавно повернул на северо-запад. Проход расширился, и через десять часов мы подошли к развилке. Один рукав оказался тупиком, где ветвились трубы непонятного назначения, и пролезть там не было никакой возможности. Другой расширялся, превращаясь в широкую, метров шесть, дорогу. Этот рукав вел строго на запад, был совершенно сухой и шел с отрицательным уклоном вверх, примерно градусов на двадцать. Это означало, что скоро мы выйдем в галерею непосредственно под поверхностью. А там и выход, да, думаю, и не один.
Чувство удовлетворения, вызванное относительно спокойным отрезком пути, вдруг куда-то испарилось. Что-то было не так. Потянув веревку, вынудил Марину подойти ко мне вплотную и тихо приказал, чтобы достала свою «железку». Девушка мгновенно подчинилась, неумело стиснула оружие в ладонях. Нужно было прояснить ситуацию, для тех, кто не в танке.
— Марина, тут такое дело: я пойду вперед, разведаю дорогу, а ты присядь у стены. Прижмись к ней спиной и слушай. Если какой шорох будет повторяться и приблизится к тебе — стреляй туда и откатывайся в сторону. Патроны зря не жги, это на крайний случай. Я через десять минут вернусь. Фонариком три раза мигну, смотри, в меня не стрельни. Поняла?
— Я с тобой пойду.
Трусишка, а не секретоноситель. Понять можно, но сейчас это мешает.
— Нет. Один пойду, ты шумишь, как целый теленок. Ну, а в случае, ежели стрельбу услышишь — возвращайся назад и делай, как в первый раз тебе советовал. Шанс выжить есть, и совершенно реальный. А может, и обойдется все. Время дорого. — Девушка всхлипнула, шмыгнув носом. — Сиди тут, я сказал!
Помогло: барышня затихла и присела на корточки спиной к стене, держа пистолет стволом вверх. Я начал осторожно продвигаться вперед, пытаясь определить, что же стало причиной беспокойства, буквально пропитавшего воздух тоннеля… Стоп! ВОЗДУХ. А точнее — ЗАПАХ! До боли знакомый, сладковато-тошнотворный запах трупного разложения. Подсознательно я уже чувствовал, но до ума дошло только теперь: где-то впереди не менее одного трупа как максимум недельной давности. И шанс на то, что он сам заполз под землю и тут издох, почти нулевой. На сопунов не похоже: кисловатого мускусного запаха к гниению не примешивалось. Зато тянуло прогоревшим костром, немытыми лет сто человечьими телами и… оружейной смазкой. И чуть-чуть пороховой гарью. Примерно в ста метрах прямо по коридору. И это не транзитные пассажиры, общий фон устоявшийся, что бывает, даже когда есть вентиляция.
Выверяя каждый шаг, я пошел вперед. Коридор заканчивался однопролетной лестницей, ведущей на последний подземный уровень. Приблизившись, я чуть было не напоролся на растяжку. Поставлена неумело, но неопытный путешественник вроде моей спутницы непременно бы зацепил. Не став тревожить, просто перешагнул и в полуприседе пошел наверх. Небольшая, два на четыре метра, комната без дверей, затем коридор и еще пять комнат с содранными с петель дверями. Груды мусора и отходов говорили о постоянном присутствии как минимум пяти человек. Из пятой от конца коридора комнаты был виден свет костра, слышались негромкие разговоры и чавканье. Народ кушал и запивал еду чем-то алкогольным, довольно мерзким по запаху.
Больше растяжек я не обнаружил. Хозяева не позаботились выставить часовых, возложив охранные функции целиком на технику в лице одинокой гранаты Ф-1, которую я миновал. Понять их было можно: сопуны сюда не ходили, другое зверье, видимо, тоже не беспокоило. Осторожно ступая, я все-таки задел некий предмет, похожий на палку. Берцовая кость, судя по размерам — человечья. Со следами зубов и расколотая: кто-то высасывал костный мозг. Людоеды.
На Кордоне мне приходилось слышать рассказы о «неправильных» старателях, живущих в канализации и питающихся человечиной. Говорили, что это те, кто, попав под Выброс или побывав марионеткой контролера, сошли с ума. Но не так, чтобы пускать слюни и гадить под себя, читая детские стишки. Ничуть не бывало. Сбиваясь в группы, они уходили вглубь ничейных территорий и промышляли тем, что ловили разных бедолаг и готовили их, так сказать, со специями. При этом они приобретали некие способности типа питья радиоактивной воды и редкий дар убирать аномалии. Например, «спираль» или «прыг-скок» такие душегубы могли свернуть усилием воли. Ели они только человечину, в основном отваривая ее и жаря на открытом огне. Жили в канализации, промышляли круглые сутки. Некоторые неплохо стреляли и баловались радиоперехватом,
