Циклопы. Тетралогия

Не известно, сколько времени пришелице из будущего пришлось провести в теле случайной знакомой Вадика Козлова на этот раз. Был ли у работницы хроно-департамента отдых, какой-либо опыт длительного подавления чужого интеллекта. Либо она впервые трубила на полную катушку? не возвращаясь в будущее хотя бы для краткосрочной передышки…
   «Лев Константиныч, может быть — уже достаточно? — взмолился Борис. — Гляди, как бы инфаркта не было».
   «Сейчас проверим, Боря, — секундочку помыслив, сказал Потапов. — Я не могу знать, чем Иннокентий ее долбит, чем донимает. Так что проверить — надо. У них нет опыта, могут с упреками перестараться, не только хребет переломить, но и мозги тетке выдолбить».
   — Галина, — вклиниваясь в суматошную интерлингву Капустина, проговорил Потапов, — вы говорили что-то о том, будто мы вам какую-то игру сломали, когда Зою сами выручили? Да?
   Агентесса с трудом увела взгляд от рычащей собачонки и ее потявкивающего мужа, прочистила горло легким покашливанием, кивнула.
   — Что было бы, не вытащи мы Зою? — притворяясь сердечно заинтересованным, спросил Лев Константинович.
   — Да ничего бы не было, — хрипло проговорила агентесса, вынула из-под собачьего живота чашечку с кофе, решила горло промочить, глотнуть немного… Поморщилась разглядев чего-то в кофе, и чашечку отставила. — Вы позвонили Сабине, когда ее телефон уже на прослушке был. Еще бы час, полтора и мы бы сами вывели полицейских на братьев Грачевых.
   «Порядок, Борька! Сейчас еще жаловаться будет!» — напророчил генерал и придал голосу еще толику сочувствующего интереса:
   — Как? Вы к тому времени уже в н е д р и л и с ь в кого-то из розыскников?
   Галина поморщилась, покосилась на через чур болтливую семейку путешественников, но все-таки кивнула:
   — Мы опоздали к дому Грачевых на полчаса. Если бы вы не проявили бестолковую расторопность, а дали нам…
   «Э, нет голубушка, начать на нас наезд я тебе не позволю, инициативы не потеряю!» — мгновенно пронеслось в генеральской голове, Потапов оборвал:
   — Вы всегда действуете чужими руками, кратковременно беря под управление каких-то носителей, участвующих в розыскном процессе, или у вас здесь есть полноценно действующая, активная команда?
   — А разве Капустины вам еще этого не сообщили? — язвительно проговорила Галя.
   — Нет. Иннокентий и Жюли не рассказывали о будущем больше положенного. Выдавали только информацию, касающуюся непосредственной обстановки.
   Кеша благодарно мигнул, расправил плечи.
   — Команды у нас нет, — призналась агентесса, понимая, что Константиныч спрашивает не из пустого интереса, а подходит к сути. К проблеме спасения хроно-личности Зои Карповой из лап циклопов-террористов. — Но мы в любой момент способны задействовать для краткосрочной операции носителей из нынешних спецподразделений.
   — А после парням память постираете? — нахмурился Лев Константинович.
   — Нет надобности, — отмахнулась агентесса. — Если операция займет не более нескольких часов, носители очнуться…, например, в квартире, уставленной пустыми водочными бутылками. Их изымут из обычной жизни ненадолго, внушат, что — перепились и все забыли.
   — Приятно слышать, — глубокомысленно кивнул разведчик. — Как быстро вы способны набрать людей для операции?
   — Как только возникнет необходимость. Едва из агентства хроно-путешествий пришел сигнал о несанкционированном проникновении, были задействованы все резервы. Несколько бойцов из хроно-департамента уже ждут команды на переход в активную фазу, группу спецподразделения из вашего времени так же контролируют. Всех собрали в одном месте, якобы в засаде. Приказ пришел с самого верха. Так что, неожиданностей и проблем не будет, — усмехнулась агентесса. Выдержала паузу. — Сейчас вы все идете со мной. Капустиных отправляют обратно в их тела. Борис Михайлович возвращается в свое тело. Вы, Лев Константинович…, тоже освобождаетесь от лишнего п р и с у т с т в и я.
   — Со стертой памятью? Да? — чуть наклонив голову, исподлобья глядя на уверенную тетку, проговорил Потапов.
   Агентесса не ответила.
   «Пешка она, Боря, пешка, — быстро произнес Лев Константинович. — Она таких вопросов не решает. Как только я улягусь на кушетку в какой-то их секретной норке — эвакопункте, проснусь уже почти младенцем. Без памяти о прожитых годах, друзьях и…»
   «Лев Константинович! — перебил Борис. — Ты же хотел изобрети конфетку, попробуй! надо торговаться! Я, Константиныч, — за тебя! Не думай, что как только меня обратно вернуть предложили, я сразу же и побежал в эвакопункт…»
   «Спасибо, Боря, тронут. Но на будущее попрошу — ты со своими жалостями