Циклопы. Тетралогия

оружие нам отдала.
   Агент хроно-департамента посчитала вопрос из разряда риторических. Отвечать не стала, прямо, трезво поглядела на носителя Потапова. Они оба прекрасно понимали, что грозит агенту, д о б р о в о л ь н о передавшему в ч у ж и е руки личное о р у ж и е.
   — Спасибо, — искренне поблагодарил Потапов. — Ответим, Галя, тем же. Тебя, кстати, как зовут-то?
   — А чем вас это имя не устраивает? — губы агентессы сложились в невеселую усмешку.
   — Главное чтобы оно тебя устраивало, — вздохнул Лев Константиныч, встал: — Подъем, ребята. Нас ждут великие дела.
   Два с лишним столетия назад граф Сен-Симон велел камердинеру будить его словами:»Вставайте, граф, вас ждут великие дела!»
   В начале третьего тысячелетия подобным изречением генерал Лев Константинович Потапов звал друзей на подвиги.
   И, честно говоря, превосходительство заработал право на определенные претензии: он только что выиграл нешуточную дуэль с самоуверенным, всезнающим потомком. Пусть эта дуэль — психологическая, пешечная. Но Завьялову показалось, что изнурен он, как будто сражался на рапирах: тело выло от усталости! мозг просил пощады. Передышки.
   Но ее никто не дал.
   * * *
   Завьялов-Потапов и Кеша с Жюли на руках вышли из кафе. С неба шпарило совсем летнее пронзительное солнце. Генерал прищурился от яркого света, устало потянулся, повращал плечами, шеей и подошел к машине.
   Сидевший за рулем джипа Колян улыбался так довольно и многозначительно, что едва усевшись на сиденье рядом с ним, Завянь спросил:
   — Что, Коля? Как я понимаю — Толя Волков отзвонился?
   — Да! — возбужденно заерзал рыжий байкер. — Пока вас не было, я тут немного инициативу проявил. Толян мне сообщил имя и адресные данные владельца, я связался с Ваней Разумовским, тот пробил мне мобилу…
   Косой не зря расхвастался. Пока компания дуэлировала с агентом Галей, Колян без дела не сидел. Через знакомого хакера прошерстил телефонные базы столицы, выяснил мобильный номер владельца форда, связался с ним…, насочинял. Привлек прежнюю идею Бори о гнусных клофелинщицах, нажал на мужскую солидарность и маленько припугнул. Водитель тут же выложил точечную адресную привязку, куда вчера отвез двух девушек — блондинку и брюнетку.
   — Порядок, Боря! — оживленно жестикулируя и одновременно выводя машину на проспект, говорил Косолапов. — Я тот район немного знаю, можем ехать прям сейчас! Полчаса и мы на месте!
   «Лев Константиныч? Едем?»
   «А что нам ждать?» — невозмутимо произнес Потапов и вслух скомандовал:
   — Валяй, Колян. Поехали, пока следы совсем не выветрились.
  
   Ночной бомбила высадил Миранду и Платона возле арки небольшого старинного дома. За невысоким обветшалым строением в форме буквы «П» высились высотные дома нового микрорайона, расположившегося через заросший кустами пустырь. Компания вылезла из косолаповского автомобиля, Лев Константиныч огорченно присвистнул:
   — Не повезло, ребятки… Район большой, все ноги стопчем. Жюли, ты справишься? Они наверняка прошли под аркой, Платон, как видишь, перестраховался, не подъехал к нужному дому прямиком к подъезду, придется — п о р а б о т а т ь…
   Крохотная собачка глядела на высокие, далекие крыши многоэтажек. Но растерянности на ушастой мордочке не было. Жюли немного побрыкалась, показала мужу, что пора спускать ее на землю, она — готова…
   Иннокентий глубоко вздохнул и покорно поставил собачку на самое сухое и чистое место. Погладил по спине:
   — Как жаль, любимая, что я не могу сделать этого за тебя…
   Жюли немного постояла, вглядываясь вглубь тоннеля. Наморщила носик, унюхавший жуткую вонь, идущую из подворотни… И опустила голову к земле.
   Собачий муж трагически закатил глаза: широкий и длинный проход под трехэтажным домом лет сто использовали под сортир все местные любители дешевого пива. Землю густо устилали окурки, битое стекло, ошметки обвалившейся со стен штукатурки…
   Собачка в нарядной юбочке и кофточке, отороченной оборками в пайетках, медленно шагала по замусоренной, утоптанной земле тоннеля. Крутилась, пытаясь взять след, и снова возвращалась к свежим отметинам автомобильных шин.
   Муж, закусив губу, смотрел, как нежные собачьи лапки попадают на бутылочные осколки, уминают старые окаменевшие окурки, впечатываются в подозрительные лужицы…
   Терпел. Хоть было видно, как ему невыносимо видеть эту сцену!
   Жюли наконец-то тявкнула, показывая — есть след! И быстро заперебирала лапками, устремляясь на выход из вонючей подворотни.
   Иннокентий, Коля и Завьялов-Потапов побежали вслед за ней, выскочили в довольно просторный