Циклопы. Тетралогия

либо Платон, либо хроно-департамент. Сомневаюсь, что Извеков смог бы подчинить себе правительство России — в одиночку это сделать сложно, да и департамент не дремлет. Думаю там все еще действует режим «Здесь и Сейчас», так что за ключевыми фигурами страны п р и г л я д ы в а ю т. Но так же я понимаю, что наши чинуши из госдепартамента навряд ли сподобились учинить такое зверство в прошлом. Как никак — мы все сплошь гуманисты до кончиков подрезанных ногтей. — Антонина-Жюли сделала паузу, снова отпила вода из графина. -А вот Платон мог бы отважиться на риск уничтожения деревни. Но только, как мне кажется, в одном случае — Извеков узнал, что в той деревне, двенадцатого сентября будем находиться МЫ. Департамент… тоже мог инициировать уничтожение села, но по совершенно обратной причине — в будущем стало известно о существовании многочисленной популяции з а к р ы т ы х. Ни ты, ни я ни разу не слышали о подобном сообществе. Если помнишь, побывав в деревне закрытых, мы даже решили, что будущее начало меняться раз появились факторы, неизвестные в нашем времени. И потому я могу сделать осторожный вывод — деревня все же существовала и в нашей параллели, но о ней не осталось сведений, так как историю с авиаударами подчистили и засекретили так основательно, что сведений об этом не осталось.И в результате долгих размышлений, подруга, я поставила на структуру, на хроно-департамент. Перепугавшись, что Платону достанется, как минимум полсотни зарытых рекрутов, наши светлые головы сработали на опережение — уничтожили потенциальное войско террористов.
   Василий-Миранда задумчиво повесил голову. Мыслительные процессы кошачьего мозга происходили куда медленнее человеческих. Миранда, слегка напрягаясь: думала.
   Профессор зоологи сказала уже многое, бывшей агентессе хроно-департамента лишь оставалось подбивать итоги.
   Прежде всего, диверсантка прокачала вариант существенного помешательства рассудка у профессора. И сразу же отринула предположения. Вонь гари, исходящую от шкуры Васи и прочие странности, Миранда и сама тогда заметила.
   О прочем можно было и не говорить. Многочисленная популяция закрытых людей напрягала и Миранду. Конечно близкородственные связи, определенная обособленность странного села, существование колдуньи в оном… Но все же! Преподаватели из интерната подготовки агентов хроно-департамента с уверенностью говорили: «Врожденные особенности, генетические дефекты структуры мозга, предотвращающие любое интеллектуальное проникновение извне, либо телепатическое воздействие — редчайший фактор! Они так уникальны, что практически не имею реального значения в полевых работах. На подобных особей не делается сносок…»
   О том, что когда-то в прошлом, — хотя бы как история, как казус, как диковинка! — в глухой тайге существовала деревня, где половина жителей являются закрытыми, учителя не говорили.
   «Может быть потому и не говорили, что когда-то это село было уничтожено войсками?» — предположила диверсантка и тут же эту мысль отвергла. В эпоху Интернета и телефонов с фотокамерами скрыть подобный случай невозможно!
   Азначит, профессор Капустина права: с момента уничтожения большой деревни, с разрушения множества генеалогических линий история начнет меняться и может быть бесповоротно! Три года назад, связавшись по контактному телефону с дежурным агентом хроно-департамента по восточноевропейскому сектору, Жюли и Миранда уже получили тревожащий сигнал: им ответили, что не знают, кто такая Таисия Пучкова, бывшая начальницей московского подсектора. Но тогда профессор и диверсантка посчитали тот ответ уловкой. Мол, большие хитрецы из департамента решили напугать сбежавших современниц и вынудить их объявиться.
   Миранда поглядела на примолкшую подругу; Жюли давала террористке время поразмыслить. И негромко заурчала, впервые в жизни используя чисто кошачью способность выражать сочувствие.
   Представить трудно, что за эти три года пережила мадам ученая! Она не могла поделиться страшным знанием даже — а, пожалуй, особенно! — с привыкшей к решительным действиям современницей. Терпела до тех пор, пока не поняла — в деревню к шаманке Фаине п р и д е т с я возвращаться. А это значит, что где-то беглецы з а с в е т я т с я. Привлекут внимание к таежному селу и тем подвергнут его жителей опасности.
   «Мы будем осторожны, — набрала кошачья лапа на компьютере. — На дорогах до села нет камер наблюдения ГИБДД».
   Профессор усмехнулась:
   — Миранда, я не верю в совпадения. О вашем появлении в деревне — станет известно. Вы там чего-то натворите и через два с половиной месяца — деревня погибнет. Я не слишком верю в высший промысел, но абсолютно уверена: мне не зря